Надежда стояла у кухонного стола, методично складывая документы в папку. Её движения были чёткими, выверенными, словно она репетировала этот момент сотни раз. Олег застыл в дверном проёме, его лицо выражало искреннее недоумение.
— Что значит РАЗВОДИМСЯ? Неужели дело в той девушке из интернета? — удивлённо спросил он, делая шаг вперёд.
Надежда медленно подняла голову.
— Той девушке? — она усмехнулась. — ТОЙ? Ты даже сейчас не можешь назвать её по имени? Алина. Её зовут Алина. Двадцать три года, студентка пятого курса медицинского. Любит капучино с корицей и фильмы Тарковского. Достаточно подробно?
Олег побледнел.
— Откуда ты…
— НЕ ВАЖНО откуда, — отрезала Надежда. — Важно другое. Помнишь, как пять лет назад ты настаивал на полной честности в наших отношениях? «Никаких секретов, Надя, никаких недомолвок. Только правда, какой бы горькой она ни была». Твои слова?
— Это другое…
— ЧТО другое? — Надежда резко развернулась к нему. — Что именно другое, Олег? То, что ты три месяца переписываешься с ней? Или то, что встречаешься с ней каждую пятницу, якобы задерживаясь на работе? Или может быть то, что ты обсуждаешь меня с ней? Нашу личную жизнь, мои недостатки, мою «скучность»?
— Знаешь, что меня больше всего поражает? — она аккуратно закрыла папку. — Не измена. Даже не ложь. А то презрение, с которым ты относился ко мне все эти месяцы. «Надя опять готовит свои пресные котлеты», «Надя снова смотрит свои дурацкие сериалы», «Надя никогда не поймёт современного искусства». Это всё твои цитаты из переписки.
— Ты читала мои сообщения?!
— НЕТ! — Надежда ударила ладонью по столу. — Она сама мне их показала. Вчера. Пришла сюда, когда тебя не было. Села напротив и выложила всё. Знаешь почему? Потому что ты ей тоже наврал. Сказал, что мы давно не живём как муж и жена, что развод — вопрос времени, что я держу тебя только из-за квартиры.
***
Олег прошёл в кухню, налил себе воды из графина. Его руки слегка дрожали, но голос звучал уверенно:
— Ну и что? Да, я влюбился в другую. Бывает. Мы с тобой давно остыли друг к другу, признай это. Живём как соседи.
— Как соседи? — Надежда вскинула брови. — Это я-то живу как соседка? Я, которая каждое утро готовлю тебе завтрак? Которая глажу твои рубашки, потому что ты «не умеешь правильно выставить температуру»? Которая отменила поездку к подруге в Питер, потому что у тебя был важный корпоратив, и тебе нужна была пара?
— Да ладно тебе драматизировать…
— ДРАМАТИЗИРОВАТЬ?! — Надежда резко встала, стул с грохотом упал. — Да как у тебя ЯЗЫК поворачивается это говорить?! Ты три месяца водишь меня за нос, а я драматизирую?!
Олег поморщился:
— Не кричи. Соседи услышат.
— Пусть слышат! ПУСТЬ ВСЕ СЛЫШАТ! — Надежда схватила со стола кружку и швырнула её в раковину. Керамика разлетелась на осколки. — Пусть знают, какой ты на самом деле! Честный, принципиальный Олег Петрович! Который требовал от меня отчёта за каждую копейку, за каждую минуту опоздания с работы! Который проверял чеки из магазинов, чтобы я «не тратила семейные деньги на ерунду»!
— Я забочусь о семейном бюджете…
— О КАКОМ бюджете?! О тех двадцати тысячах, которые ты вносишь в общий котёл, при зарплате в сто пятьдесят? А остальное куда? На подарки Алине? На рестораны с любовницей? На номер в той гостинице на Тверской?
Олег дёрнулся:
— Ты следила за мной?
— Да НЕ следила я! — Надежда всплеснула руками. — Твой же друг Максим видел вас там. И рассказал Юле, своей жене. А Юля — моя коллега, если ты забыл. Весь твой отдел в курсе твоих похождений! Все знают, кроме дурочки-жены!
Она подошла к окну, глубоко дыша. За стеклом темнело небо, зажигались огни в соседних домах. Обычный московский вечер. Только в их квартире рушился восьмилетний брак.
— И знаешь, что самое мерзкое? — Надежда говорила, не оборачиваясь. — Ты даже сейчас не раскаиваешься. Не просишь прощения. Стоишь с таким видом, будто я тебе неудобство доставляю своими претензиями.
— А что мне, на колени падать? — огрызнулся Олег. — Да, у меня есть другая женщина. Которая меня понимает, ценит, восхищается. А не пилит по каждому поводу!
— Восхищается? — Надежда обернулась. — Чем? Твоим умением врать? Или способностью жить на две семьи? Кстати, она в курсе, что ты до сих пор официально женат? Что никакого развода пока нет?
***
Олег налил себе ещё воды, выпил залпом. Потом достал телефон, начал нервно листать сообщения.
— Убери телефон, — холодно произнесла Надежда.
— С чего бы это?
— УБЕРИ, Я СКАЗАЛА!
Он удивлённо посмотрел на неё. За восемь лет брака Надежда никогда не повышала на него голос. Всегда была тихой, покладистой, удобной. Именно за это он когда-то и женился — устал от истеричных красоток, хотелось домашнего уюта и спокойствия.
— Что с тобой происходит? — он всё же убрал телефон в карман. — Ты сама на себя не похожа.
— А какая я обычно? — Надежда скрестила руки на груди. — Серая мышка, как ты писал Алине? Скучная домохозяйка без амбиций? Женщина, которая «застряла в прошлом веке со своими представлениями о семье»?
— Я так не писал…
— Писал, Олег. Слово в слово. Она мне всю вашу переписку показала. Всю. Включая фотографии.
Олег покраснел.
— Она не имела права!
— А ты имел право обсуждать нашу интимную жизнь с посторонней женщиной? Рассказывать ей, что я «холодная в постели»? Что «не умею расслабляться»? Что «секс со мной — это обязаловка»?
— Да что ты хочешь от меня услышать?! — Олег сорвался на крик. — ДА, мне с ней хорошо! ДА, она молодая и красивая! ДА, она смотрит на меня влюблёнными глазами, а не как на банкомат и ремонтника по совместительству!
— Банкомат? — Надежда рассмеялась. Смех получился горьким, надрывным. — Это я-то вижу в тебе банкомат? Я, которая зарабатывает в два раза больше тебя? Которая оплачивает большую часть счетов? Которая купила тебе ту самую машину, на которой ты катаешь свою любовницу?
— Не надо мне тыкать подарками!
— А что надо, Олег? Молчать? Терпеть? Делать вид, что ничего не происходит? — Надежда подошла к нему вплотную. — НЕТ. Хватит. Я восемь лет прожила по твоим правилам. «Надя, не красься так ярко — выглядишь вульгарно». «Надя, не носи короткие юбки — это неприлично для замужней женщины». «Надя, зачем тебе эти курсы — лучше дома посиди». Я всё это терпела. Думала — ну ревнует, значит любит. Заботится о репутации семьи.
Она сделала шаг назад.
— А ты в это время строил из себя идеального мужа перед друзьями. Образец верности и порядочности. Читал им лекции о важности семейных ценностей. Помнишь, как ты отчитывал Диму за флирт с официанткой? «Это недостойно женатого мужчины, друг. Если дал клятву — держи её».
***
Олег прошёлся по кухне, остановился у холодильника. На дверце висели магниты из их совместных поездок — Сочи, Крым, Золотое кольцо. Казалось бы, счастливые воспоминания. Но сейчас они выглядели фальшиво, как декорации к плохому спектаклю.
— И что теперь? — он обернулся к Надежде. — Развод? Дележка имущества? Скандалы при родственниках?
— Родственниках? — Надежда достала из папки ещё один документ. — Твоя мама уже в курсе. Я ей вчера всё рассказала.
— ЧТО?! Ты посмела потревожить мою мать?!
— Посмела. И знаешь, что она сказала? «Я так и знала, что он в отца пошёл. Тот тоже по молоденьким бегал, пока я его к стенке не припёрла».
Олег схватился за край стола:
— Ты врёшь. Мама бы так не сказала.
— Позвони, проверь. Только учти — она сейчас у твоей сестры. И Марина тоже всё знает. И её муж Костя. И твой брат Андрей. Я всем разослала скриншоты твоей переписки. Пусть полюбуются, какой ты романтик.
— Да ты… ты… КАК ТЫ МОГЛА?!
— А ты как мог? — Надежда села за стол, достала ручку. — Впрочем, не важно. Документы на развод я уже подала. Квартира остаётся мне — она на меня оформлена, если ты забыл. Машину можешь забрать, мне она не нужна. Вещи собирай сам.
— Это моя квартира тоже! Я в неё вкладывался!
— Тридцать тысяч за восемь лет? — Надежда достала калькулятор. — Давай посчитаем. Ремонт — триста тысяч, мебель — двести, техника — сто пятьдесят. Это всё мои деньги. Твои тридцать тысяч — это даже не проценты по ипотеке за один месяц.
Олег молчал, сжимая кулаки. Надежда продолжала:
— И кстати, о деньгах. Тот счёт, который ты открыл три месяца назад «для накоплений» — я о нём знаю. И о том, что ты переводил туда деньги с нашего общего счёта тоже. Выписки у меня есть.
— Откуда…
— У меня есть доступ к интернет-банку, гений. Ты же сам настаивал, чтобы мы всё делали прозрачно. «Никаких секретов, Надя». Помнишь?
Олег рухнул на стул:
— Ты всё спланировала…
— Нет, Олег. Это ты всё спланировал. Развести дурочку-жену, отсудить половину имущества, жить с молодой любовницей. Только вот не учёл одного — я не дура. И Алина, кстати, тоже.
— В смысле?
Надежда достала телефон, открыла сообщение:
— Вот, читай. От твоей любимой. «Надежда Сергеевна, спасибо, что открыли мне глаза. Я не знала, что Олег женат. Он говорил, что разведён два года назад. Больше я с ним не встречаюсь. Простите, если причинила вам боль. Алина».
***
Олег выхватил телефон из рук Надежды, пробежал глазами по сообщению. Потом судорожно начал набирать номер. Гудки… гудки… «Абонент добавил вас в чёрный список».
— Она заблокировала меня… — он поднял ошалевший взгляд на жену.
— Представь себе. Оказывается, молодые девушки не любят, когда их обманывают. Кто бы мог подумать?
Олег вскочил, метнулся к выходу, но Надежда окликнула его:
— И не вздумай к ней ехать. Она сейчас не дома. Уехала к родителям в Тулу. И охрана в её общежитии предупреждена, что ты персона нон грата.
— Ты… ты всё разрушила! — Олег повернулся к ней, его лицо исказилось от злости. — Ты разрушила моё счастье из-за своей мелочной ревности!
— Я?! — Надежда вскочила. — Я РАЗРУШИЛА?! Да ты совсем берега попутал! Это ТЫ разрушил нашу семью! ТЫ предал восемь лет совместной жизни! ТЫ променял всё на юбку!
— Не смей так говорить об Алине!
— УБИРАЙСЯ! — Надежда схватила со стола папку и швырнула в него. — УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕГО ДОМА! СЕЙЧАС ЖЕ!
— Это и мой дом тоже!
— НЕТ БОЛЬШЕ! Катись к чертям собачьим! Вещи твои вышлю, когда когда снимешь себе жильё! А сейчас ВОН!
Олег хотел что-то ответить, но Надежда схватила с плиты сковородку:
— ВОН, Я СКАЗАЛА! Или я сейчас твою пустую башку проломлю!
— Да ты спятила!
— ДА! Спятила! С тобой любой спятит! УБИРАЙСЯ!
Она замахнулась сковородкой, и Олег попятился к двери. Надежда шла за ним, загоняя в прихожую:
— И ключи оставь! КЛЮЧИ!
Олег торопливо снял с брелока ключи, бросил на тумбочку. Надежда распахнула дверь:
— И чтоб духу твоего здесь не было! Приедешь за вещами — с Юлей и её мужем. Один — не пущу!
— Ты ещё пожалеешь… — начал Олег, но Надежда толкнула его за порог и захлопнула дверь.
— ПОШЁЛ ТЫ! — крикнула она через дверь и навалилась на неё спиной.
Ноги подкашивались. Адреналин схлынул, оставив после себя опустошение. Слёзы наконец-то прорвались — горячие, обжигающие, очищающие.
За дверью слышались шаги Олега — он топтался на площадке, видимо, не веря в происходящее. Потом звякнул лифт, и стало тихо.
Надежда достала телефон, увидела новое сообщение. От незнакомого номера.
«Надежда, это Сергей, друг Максима. Он дал ваш номер. Видел сейчас вашего мужа у подъезда. Выглядит потерянным. Если нужна помощь — обращайтесь. Квартира 47».
Она слабо улыбнулась. Сосед с третьего этажа. Видела его пару раз — высокий, спортивный мужчина лет тридцати пяти. Всегда здоровался вежливо, придерживал дверь.
«Спасибо. Всё в порядке. Просто избавилась от лишнего груза».
Ответ пришёл мгновенно:
«Понимаю. Если что — стучитесь. И кстати, вы молодец. Слышал краем уха. Давно пора было».
Надежда поднялась, прошла в ванную. В зеркале отражалось заплаканное лицо с размазанной тушью. Но глаза… глаза горели каким-то новым светом. Светом свободы.
Она умылась холодной водой, вернулась в кухню. На столе лежала раскрытая папка с документами. Среди них — распечатка переписки Олега с Алиной. Надежда взяла листы, порвала на мелкие кусочки. Пусть это останется в прошлом.
Телефон зазвонил. Мама.
— Надюша, как ты?
— Нормально. Выгнала его.
— И правильно сделала! Я тебе всегда говорила — не нравится он мне. Глаза бегают, словечки хитрые. Приезжай к нам с папой, поживёшь немного.
— Спасибо. Но я останусь дома. Это МОЙ дом.
— Умница моя. Мы завтра приедем, поможем вещи его собрать.
— Не надо, я сама.
— Надь, не геройствуй. Мы с папой за два часа всё упакуем. И пусть только попробует права качать — папа ему быстро объяснит, как с женщинами обращаться надо.
Надежда улыбнулась. Папа — бывший военный, полковник в отставке. Олег его побаивался, хотя и пытался это скрывать.
Через час позвонила Алина:
— Надежда Сергеевна, простите, что беспокою. Олег мне пишет с разных номеров, угрожает. Что делать?
— Скриншоты делай и в участок заявление пиши. Я свидетелем выступлю, если надо.
— Спасибо. И ещё раз простите. Я правда не знала…
— Знаю. Ты не виновата. Он мастер манипуляций.
Ночь Надежда провела без сна. Перебирала вещи, упаковывала барахло Олега в коробки. Рубашки, которые она гладила. Носки, которые стирала. Галстуки, которые выбирала в подарок.
Под утро она забылась тревожным сном. Разбудил звонок в дверь.
На пороге стоял Олег — помятый, небритый, в той же одежде, что и вчера.
— Надя, давай поговорим…
— НЕТ. Вещи твои в коробках. Сейчас вынесу.
— Я всю ночь думал…
— А я — нет. Я всю ночь паковала твоё барахло. Жди здесь.
Она попыталась закрыть дверь, но он вставил ногу:
— Надя, ну нельзя же так! Восемь лет…
— УБЕРИ НОГУ!
— Я любил тебя!
— ВРЁШЬ! Ты любил удобства, которые я тебе создавала! Убери ногу, или я сейчас Сергея с третьего этажа позову!
Олег нехотя убрал ногу. Надежда принесла коробки, выставила на площадку.
— Это всё?
— Всё. И больше не приходи. Адвокат свяжется насчёт развода.
— Надя, может, не надо адвокатов? Сами разберёмся…
— НЕТ. НЕТ! Убирайся!
Она захлопнула дверь, заперла на все замки. За дверью Олег ещё что-то бубнил, потом послышались шаги — видимо, поволок коробки к лифту.
Надежда прислонилась к стене, закрыла глаза. Всё. Конец. Восемь лет жизни — коту под хвост. Но почему-то на душе было легко. Словно сбросила тяжёлый рюкзак после долгого похода.
Вечером позвонила Юля:
— Как ты?
— Жива. И даже счастлива.
— Молодец! Слушай, у нас завтра корпоратив. Придёшь?
— А Олег?
— А что Олег? Его уже уволили. За использование служебного компьютера в личных целях. Начальство давно искало повод, а тут твои скриншоты как раз кстати пришлись.
Надежда ахнула:
— Я не хотела…
— Да брось! Он сам виноват. С работы строчил любовные послания, дурак. Причём в рабочее время. А у нас же там контроль трафика. Начальник IT-отдела всё руководству показал.
— И что теперь?
— А ничего. Ищет работу. Алина его бросила, с работы выгнали, из дома выставили. Классическая история — хотел всё и сразу, остался ни с чем.
***
Прошло три месяца. Надежда подавала документы в новую фирму — иностранная компания искала руководителя отдела переводов. Зарплата выше, соцпакет, возможность поездок за границу.
Сидела в приёмной, ждала собеседования. Дверь кабинета открылась, вышел мужчина:
— Надежда Сергеевна? Проходите… Стоп, мы же знакомы!
Это был Сергей, сосед с третьего этажа.
— Вы здесь работаете? — удивилась Надежда.
— Я здесь руковожу, — улыбнулся он. — Точнее, российским филиалом. Так это вы наш кандидат на должность? Отлично! Проходите, не стесняйтесь.
Собеседование прошло на удивление легко. Сергей оказался не только соседом, но и генеральным директором крупной переводческой компании.
— Резюме впечатляет. Три языка, опыт синхронного перевода, рекомендации отличные. Когда можете приступить?
— Хоть завтра.
— Вот и отлично. Зарплата вас устроит?
Он назвал сумму. Надежда едва не поперхнулась:
— Это… это в месяц?
— Разумеется. Плюс бонусы по итогам квартала. Служебный автомобиль обсудим отдельно.
Выходя из офиса, Надежда столкнулась в холле с Олегом. Он стоял у стойки охраны, что-то доказывал секретарю:
— Я же говорю, мне нужно к директору! У меня назначена встреча!
— У вас нет пропуска, — холодно отвечала девушка. — И в списках посетителей вас нет.
— Надя? — Олег обернулся, увидев бывшую жену. — Ты что здесь делаешь?
— Работать буду. А ты?
— Я тоже… на собеседование…
Из-за стойки вышел Сергей:
— Олег Петрович? На должность курьера? Извините, но мы вам отказываем. Рекомендации неудовлетворительные.
— Какие рекомендации?! Я ещё ничего не подавал!
— С прежнего места работы. Увольнение за нарушение трудовой дисциплины — это серьёзно. Всего хорошего.
***
Олег долго смотрел, как из офиса уходит его бывшая жена Надежда — уверенная, расправившая плечи, в новом деловом костюме. Он пытался понять, что пошло не так, почему оказался на улице без работы, без жилья, без Алины, которая так и не ответила на его звонки. Мысли путались, сбивались, но все равно возвращались к одному — его неблагодарная жена не оценила его, взбунтовалась, разрушила всё из-за какой-то глупой обиды. А в это время Надежда села в такси и улыбнулась своему отражению в окне — просто так, без причины, потому что чувствовала себя по-настоящему свободной и счастливой, и этого было достаточно.
