Ирина Николаевна наконец-то стала спокойна за сына. Даже сама не сразу заметила, что перестала вздрагивать от шагов у дверей квартиры или вечерних телефонных звонков. Раньше, если Никита не отвечал несколько часов, она уже начинала думать о самом плохом, но теперь это ушло в прошлое.
Сын нашел неплохую работу, он устроился на склад при крупном магазине, был там вроде мерчендайзером. Женщина не понимала всех этих длинных иностранных слов, но зарплату не задерживали, начальство к сыну, судя по всему, не придиралось, так что для нее этой информации было вполне достаточно.
— Мам, я сегодня поздно буду… — предупредил ее Никита, допивая чай. — У нас поставка большая. Надо все разгрузить и занести в базу данных…
Ирина Николаевна посмотрела на него с легким недоверием. Еще год назад фраза «поздно буду» означала, что сын мог вернуться под утро с разбитым лицом.
— А во сколько примерно?
— Часов в десять. Может, в половине одиннадцатого, я тебе позвоню.
И он звонил, а раньше на такое рассчитывать не приходилось. Женщина старалась гнать от себя эти ужасные воспоминания и верить, что жизнь и дальше будет спокойной и размеренной.
Ирина Николаевна ходила на работу, вечером возвращалась домой, готовила ужин. Никита возвращался на час-полтора позже нее, они садились ужинать и просто болтали. Такие обычные разговоры раньше казались Ирине Николаевне чем-то фантастическим, а сейчас стали обыденностью.
Сыну было тридцать, он был ее единственным и поздним ребенком, и она ради него была готова на все. Раньше Никита постоянно вляпывался в неприятности. Поначалу это были какие-то недоразумения: одолжит деньги и не отдаст вовремя, свяжется с сомнительной компанией, поцапается по пьяни до драки… А потом начались проблемы серьезнее.
Однажды Ирине Николаевне пришлось срочно искать деньги, потому что сын задолжал людям, с которыми лучше было и вовсе не связываться. В другой раз она полночи просидела возле отделения полиции, пока выясняли, Никита ли виноват в драке.
— Мам, я вообще просто проходил мимо! — уверял он тогда мать.
А потом была история, после которой Ирина Николаевна действительно испугалась, что сын сядет в тюрьму. Никита связался с человеком, который занимался какими-то перевозками. Обещали хорошие деньги за несколько поездок в пару соседних городов. Сын уверял, что ничего незаконного не делал, но разбираться пришлось долго. Ирина Николаевна бегала по знакомым, искала адвоката, занимала деньги, чтобы оплачивать его услуги.
После этого она поставила сыну условие:
— Еще раз такое повториться, и я просто выставлю тебя прочь! У меня сердце не выдержит всего этого!
— Обещаю, мама! — ответил он, и с тех пор все шло очень и очень хорошо. Теперь сын выглядел более собранным, бросил курить, следил за здоровьем, даже деньги начал откладывать, но Ирина Николаевна боялась сглазить, поэтому радовалось молча, никого не посвящая в свои мысли.
***
В тот день в их подъезде установили видеодомофон. Рабочие возились почти до обеда, потом один из них позвонил Ирине Николаевне в дверь и предложил помочь с приложением. Она не отказалась, потому что с техникой была на “вы”.
— Теперь сможете видеть, кто звонит в домофон. Даже если вас дома нет.
Молодой человек скачал приложение, зарегистрировал ее, показал, куда нажимать, да и вообще, как им пользоваться.
— Камеры ведут запись. Все видео хранятся сутки, так что сможете просмотреть, кто и когда к вам приходил…
Ирина Николаевна покачала головой.
— До чего техника дошла!
Когда рабочие ушли, Ирина Николаевна еще долго сидела на кухне с телефоном. Несколько раз открывала приложение, смотрела на лавочку возле дома, на людей, которые проходили мимо, и все удивлялась, как теперь все продуманно. Для нее это действительно было почти чудом. Она уже представляла, как вечером покажет все Никите.
— Он, наверное, удивится! — совсем по-детски прошептала Ирина Николаевна сама себе под нос.
Около девяти Ирина Николаевна снова открыла приложение. Просто от нечего делать. Возле подъезда стоял Никита, она сразу улыбнулась. Но через несколько секунд улыбка исчезла с ее лица. Сын выглядел странно.
Никита стоял немного в стороне от двери и курил. Хотя в последнее время говорил, что бросил. Одну сигарету он докурил до половины, бросил, почти сразу достал вторую. Ирина Николаевна нахмурилась.
Лицо у сына было бледное. Он постоянно смотрел на телефон, и домой почему-то не заходил. Никита посмотрел на экран телефона. Видимо, ждал звонка, и тут телефон как раз зазвонил.
Камера передавала не только изображение, но и звук. Ирина Николаевна сначала даже не поняла этого. Она хотела уже закрыть приложение, как вдруг услышала голос сына.
— Да! Я понимаю!
Он нервно отбросил сигарету.
— Да понимаю я, что времени нет! Но я не могу сейчас…
На том конце что-то сказали.
— Знаю, что должен!
Он крикнул, но потом сразу сбавил тон, Ирина Николаевна прибавила звук на телефоне.
— Мать уедет на выходные к сестре… Я все обставлю как надо.
Ирина Николаевна замерла, грудь сдавило от волнения.
— Она будет думать, что квартиру просто обнесли! Не торопи меня! — со злостью выдавил Никита. — Я сказал, сделаю!
Ирина Николаевна смотрела на экран и не могла пошевелиться. Что именно Никита собирался сделать? Украсть деньги? Вынести вещи? Отдать кому-то ее украшения? Женщина почувствовала, как задрожали руки. Еще утром она была уверена, что сын изменился. Что эти полгода спокойной жизни были началом чего-то нормального. А теперь выходило, что Никита опять во что-то влез.
Сын позвонил в домофон, потому что его старый ключ не подошел, Ирина Николаевна открыла ему и быстро закрыла приложение.
В тот день они ужинали молча. Ирина Николаевна была в оцепенении, а сын был слишком увлечен своими мыслями, чтобы заметить, что с матерью что-то не так.
***
Ирина Николаевна не спала всю ночь. В квартире было тихо, но она лежала и смотрела в потолок. Что делать с услышанным, женщина не знала. Идти в полицию? Но что она скажет? Что услышала разговор собственного сына с непонятным субъектом и теперь подозревает, что он собирается ограбить ее квартиру?
От одной этой мысли ей становилось плохо. Утром Ирина Николаевна позвонила сестре.
— Лена, я тебе сейчас кое-что расскажу. Только ты не переживай…
— Что случилось? С Никитой опять что-то?!
Ирина Николаевна пересказала весь разговор, который услышала через домофон. Ольга Николаевна не стала церемониться:
— Ира, тебе надо идти в полицию!
— Я не могу на сына заявление написать! Что я за мать тогда буду?!
В трубке послышалось пыхтение.
— Глупая, ты Ирка… Ну глупая. И все!
Ирина Николаевна решила попробовать припугнуть сына, ей не хотелось доводить дело до полиции, но ей нужен был рычаг давления. Провозившись несколько часов, она смогла скачать видео с домофона. Теперь надо было оказаться в квартире во время псевдоограбления.
В пятницу она при Никите собрала сумку и сказала, что едет к сестре на выходные. Сын вызвался проводить ее до автовокзала. Там он вел себя совершенно спокойно, помог донести вещи и спросил, когда она вернется. Ирина Николаевна ответила, что в воскресенье вечером.
Когда Никита ушел, она дождалась, пока он скроется из виду, вызвала такси и вернулась домой. Около двух часов она просидела на кухне с выключенным светом. Наконец в замке входной двери повернулся ключ.
Никита вошел и сразу проследовал в комнату матери, где открыл шкаф и начал судорожно перебирать вещи на полках.
— Что ищешь? — спросила Ирина Николаевна.
Он резко обернулся и побледнел.
— Мам? Ты же уехала!
Ирина Николаевна рассказал сыну, что все знает. Она даже показала ему видео. Он пытался что-то придумать, как-то оправдаться, но в итоге рассказал правду. Оказалось, на складе, где он работал, обнаружили большую недостачу. Смена была его, часть документов тоже проходила через него. Начальство потребовало вернуть деньги.
— Я ничего не крал… — повторял Никита. — Но долг повесили на меня. Мне надо найти деньги до понедельника.
Выяснилось, что часть суммы он уже занял у каких-то людей и теперь боялся, что они начнут требовать долг.
— И поэтому ты решил украсть у меня?
Никита опустил голову. Он стал говорить, что собирался потом все вернуть, но мать уже не хотела слушать. Она ушла в спальню, достала конверт с деньгами, которые откладывала на ремонт, и положила его перед сыном.
— Держи! Забирай! Ты это искал!
Никита удивленно посмотрел на нее, но конверт взял.
— Мам, я верну…
Ирина Николаевна кивнула, к глазам подступали слезы:
— А теперь собирай вещи! — достаточно жестко сказала она.
Никита не ожидал это услышать.
— Ты меня выгоняешь?
— Да. Таков был уговор! Я предупреждала, что терпеть такого не буду! Собирай вещи! И больше не возвращайся!
Никита собрал вещи и ушел, деньги тоже взял. На следующий же день Ирина Николаевна поменяла все замки. Ей было больно и страшно за сына, но так жить она тоже не могла. К ней почти сразу приехала сестра, чтобы побыть первые дни рядом. Елена считала, что так уже давно нужно было поступить.
— Засиделся он у тебя на шее! Давно было пора отвесить ему поджопник!
Но Ирина Николаевна волновалась. Но шли недели, проходили месяцы, сын не объявлялся. Наступил День Рождения Ирины Николаевны. Никита приехал под вечер, привез цветы, он обнял маму и сказал.
— Спасибо… Ты тогда меня выручила.
Он отдал ей все до последней копейки. Успокоил, что у него все хорошо, что он работает, снимает квартиру, проблем вроде бы никаких не было. В тот день Ирина Николаевна заснула со спокойным сердцем. Она поняла, что все было не зря. Но больше к себе она его не пускала.
