После обеда Вера собиралась выйти с сыном на прогулку, но увидела, что телефон почти разрядился. Нужно было взять с собой внешний аккумулятор. Она стала искать устройство среди вещей, и тут ей на глаза попался лист бумаги, сложенный пополам. На нём стоял логотип частной клиники и имя Саши.
Вера машинально развернула документ.
«Генетическое исследование на установление биологического родства».
Ниже было указано имя её восьмимесячного сына. Она перечитала название исследования, потом посмотрела на дату. Анализ сделали три месяца назад.
Она была настолько шокирована увиденным, что тут же выбежала из комнаты и, сунув мужу в лицо ДНК-тест, задала резонный вопрос:
— Саша, как это понимать?!
Впервые увидев свекровь, Вера сразу поняла, что подругами им никогда не стать. Виктория Егоровна хоть и старалась держаться приветливо, но за внешней любезностью отчётливо проступала её натура.
— У тебя есть высшее образование? Кто твои родители? Они готовят приданое на случай, если вы с Сашей поженитесь? Может, у них есть лишняя квартира, чтобы вам не снимать? — спрашивала мать парня с таким невозмутимым видом, что Вера моментально раскусила её намерения.
Тогда она решила не ходить вокруг да около и ответила прямо:
— Высшее образование у меня есть, но, честно говоря, в жизни оно мне так и не пригодилось. Мои родители — самые обычные люди. Лишней недвижимости у них нет, да и приданого не предвидится. Так что, если ваш сын сделает мне предложение, мы будем строить семью с нуля, на равных.
Виктория Егоровна уловила холодок в словах будущей невестки и больше не возвращалась к подобным расспросам. Но как выяснилось позже, она имела влияние на сына, хоть поначалу Вера и отказывалась в это верить.
— Считаешь, она даст вам спокойно жить? — спросила подруга, когда Вера рассказала ей о знакомстве с матерью Александра.
— А как она может нам помешать?
— По-разному. Думаешь, Саша к ней не прислушивается?
— Если бы прислушивался, мы бы давно расстались, я ведь явно не понравилась его маме, — усмехнулась Вера.
— Так сейчас у вас конфетно-букетный период. А вот поженитесь, тогда всё изменится. Не думаю, что Виктория Егоровна упустит возможность принимать участие в вашей семейной жизни.
— Ничего не изменится, вот увидишь. Сашу я знаю. Он не из тех мужчин, кто во всём слушается маму. Если понадобится, он спокойно поставит её на место…
Молодые люди поженились спустя год. Своего жилья у них не было, приходилось снимать квартиру. Через пару месяцев после свадьбы Вера забеременела, и вскоре у них появился сын.
Мирошка родился здоровым, пухлощёким и улыбчивым.
Их семья была самой обычной. Не идеальной, конечно. Иногда супруги ссорились из-за бытовых мелочей. Но после рождения сына Вера поняла, что такое настоящая любовь мужа к жене. Саша стал ещё больше помогать Вере. Он убирал в квартире, готовил ужины, занимался ребёнком… Но со временем Александр всё чаще заговаривал об одном и том же:
— Давай позовём мою маму. Я всё время на работе, а тебе нужен отдых. Пусть она посидит с Мирошкой, а ты хоть на маникюр сходи, развейся.
— Думаешь, это хорошая идея? — сомневалась Вера.
— Уж точно лучше, чем нанимать няню. Не переживай, мама тебя донимать не станет. Посидит с внуком, а как ты вернёшься — сразу уйдёт.
Вера долго взвешивала все «за» и «против». Они с Викторией Егоровной почти не общались, и невестка не хотела нарушать эту традицию. Но её усталость была настолько сильной, что в конце концов она согласилась.
В тот момент Вера была слишком измотана и была готова терпеть даже общество нелюбимой свекрови, лишь бы хоть немного перевести дух.
— Здесь подгузники, а тут пелёнки. Мирон захочет есть примерно через час-полтора. Смесь тут, — торопливо наставляла Вера, собираясь выйти из дома.
— Думаешь, я не знаю, как за детьми приглядывать? — усмехнулась Виктория Егоровна. — Сашку-то я вырастила, да так, что ты не смогла пройти мимо. Так что не переживай, Верочка, с твоим Мирошкой всё будет в порядке.
От этих слов у Веры каждый раз что-то сжималось в груди. Она не доверяла свекрови, хотя умом понимала, что бабушка не сделает внуку ничего плохого.
И всё же тревожное предчувствие её не отпускало. Оно становилось только острее, особенно тогда, когда Виктория Егоровна принималась подмечать какие-нибудь мелочи во внешности ребёнка:
— Ну надо же… А глаза-то совсем не Сашины. Мирошка на тебя похож, да, Вер?
— Не знаю… Мне кажется, он похож на нас обоих, — отвечала невестка, стараясь сдерживать раздражение.
Когда она делилась этими репликами с мужем, тот лишь отмахивался:
— Зачем так цепляться к словам мамы? Ну, сказала, что у Мирона глаза не мои — и что с того? Я и сам вижу, что сын больше на тебя похож, и даже рад этому, ведь ты у меня красавица!
Так прошло восемь месяцев. Отношения Веры со свекровью оставались натянутыми. Они старательно избегали друг друга, но невестке нужна была помощь с ребёнком, а Виктории Егоровне хотелось общаться с внуком.
И вот однажды всё изменилось. В тот день Вера собиралась выйти на прогулку с коляской и никак не могла найти внешний аккумулятор.
— Ты опять её брал и в машине оставил? — спросила она у мужа.
— Нет, домой принес. Положил в нижний ящик.
Вера подошла к тумбочке и вместо нижнего ящика почему-то открыла верхний. Зарядки там, конечно, не оказалось. Она принялась перебирать лежавшие внутри чеки, документы и старые страховки. И вдруг заметила сложенный пополам лист бумаги. Вера автоматически взяла его в руки. Сверху виднелось название частной клиники. Сначала она не придала этому значения, но потом взгляд зацепился за фамилию и имя сына. Тогда Вера развернула лист и прочитала: «Генетическое исследование на установление биологического родства».
Вера не могла поверить увиденному, сердце колотилось как бешеное. Кому и зачем понадобилось проводить это исследование, было неизвестно, но в том, что Саша — отец Мирона, Вера была уверена.
Так и оказалось: внизу были результаты: вероятность биологического отцовства — 99,9%.
Несколько секунд Вера просто смотрела на бумагу. Потом она резко задвинула ящик, развернулась и пошла в гостиную, где на диване сидел муж.
— Что это?! — выкрикнула Вера.
Саша поднял глаза, увидел документ в руках жены и сразу всё понял. Но вместо того чтобыначать оправдываться, он ответил почти будничным тоном:
— А, ты уже нашла?
— Что значит «уже нашла»?! Ты сделал ДНК-тест и не сказал мне об этом?!
— Э-э-э… Ну да.
— И это всё, что ты хочешь сказать мне?!
Муж лишь пожал плечами и даже слегка улыбнулся:
— А что тут ещё говорить? Результат же положительный. Мирон — мой сын. Девяносто девять и девять десятых процента. Всё нормально.
Эти слова заставили Веру еще сильнее разозлиться.
— Ты считаешь, что это нормально?! Нормально тайком проверять нашего ребёнка на твоё отцовство?!
— Слушай, Вер, ну ведь не случилось ничего ужасного. Это просто анализ, он ничего не значит. Я вообще считаю, что такой тест надо делать всем ещё в роддоме.
— Ты? Или твоя мать считает?! Если тест ничего не значит, тогда зачем ты его сделал? — вспыхнула Вера. — Ты во мне не был уверен? Думал, что я родила от другого?
— При чём тут я… — неожиданно вырвалось у Саши, и тут он по-настоящему занервничал.
— А кто тогда? — спросила супруга. Она заглянула мужу в глаза и увидела в них полную растерянность. И в этот миг всё встало на свои места.
— Я угадала! Тест сделал не ты, а твоя мать?!
Саша попытался что-то пробормотать, но его лицо все выдало.
— Не ври мне! Ты не умеешь лгать. Скажи правду, или я сейчас же соберу вещи и уйду!
Угроза подействовала на Сашу отрезвляюще. Он отвел взгляд и наконец признался:
— Да… Тест организовала мама. Она постоянно твердила, что сын не похож на меня. Я пытался её успокоить, говорил, что она ошибается, что это просто фантазии. Когда она предложила сделать ДНК-тест, я наотрез отказался. А она всё равно сделала — втайне от меня.
— Как это вообще возможно?
— Не знаю… Наверное, взяла какие-то мои биоматериалы — волосы или что там нужно. В общем, я ничего об этом не знал, клянусь, Вера! Поверь мне! Она отдала мне результаты только после того, как они были готовы. Ещё и сказала, что я ей денег должен. Она сама всё оплатила, чтобы у меня не осталось сомнений. Как будто они у меня были! Это абсурд какой-то…
— Почему ты не сказал сразу? Анализы были сделаны три месяца назад! — Вера взглянула на дату в документе.
— А что бы это изменило? Только хуже бы стало. Ты бы перестала принимать помощь мамы, а она тебе была необходима.
Вера со злостью швырнула бумагу на диван.
— Конечно, перестала бы! Эта женщина оскорбила меня, подставила тебя, а ещё втайне возила нашего сына в клинику! Кто знает, что ей в следующий раз взбредёт в голову?!
— Да ничего ей не взбредёт, не преувеличивай. Она просто хотела как лучше…
— Издеваешься?! — рявкнула Вера. — Своим поступком она фактически допустила, что я могла тебя предать и выдать чужого ребёнка за твоего. Это унизительно!
— По-моему, ты слишком драматизируешь, — отмахнулся Саша.
В этот момент Вера поняла, что они говорят на разных языках. Муж не видел в случившемся катастрофы. Для него это был просто анализ, а для неё — жестокое сомнение в её честности.
Вера не могла простить мужу, что он скрыл от неё анализ, а Саша продолжал убеждать её, что ничего страшного не произошло. В конце концов Вера разочарованно посмотрела на мужа и сказала:
— Если хочешь, чтобы я хоть когда-нибудь смогла забыть об этом унижении, позвони матери и скажи, чтобы она больше не появлялась в нашем доме.
Саша помолчал какое-то время, а потом набрал номер матери.
— Мам, нужно серьёзно поговорить. Вера нашла документ и больше не хочет видеть тебя в нашем доме.
Виктория Егоровна помолчала.
— Какой документ?
— Результаты ДНК-теста.
— Где ты его оставил?! Ты что, глупый совсем? Я просила его выкинуть!
Саша даже не сразу понял, что услышал.
— В тумбочке.
— Господи, Саша! Ты хоть понимаешь, что теперь натворил?
— Я натворил? Нет, мама. Дело не во мне.
— Конечно, в тебе! Нужно было хотя бы спрятать бумаги. Ты знаешь, какая у Веры реакция на всё это.
— Мам, ты сейчас серьёзно? Ты тайком проверила моего сына на отцовство, а виноват оказался я, потому что не спрятал бумагу?!
— Я хотела тебе помочь.
— Мне не нужна была твоя помощь.
— Откуда тебе было знать? Ребёнок на тебя вообще не похож…
— Хватит. Я его отец. На этом всё.
— Я мать и имею право переживать за тебя! Если бы ты меня послушал с самого начала, ничего бы этого не произошло.
— Ты вообще слышишь, что говоришь?
Виктория Егоровна снова начала что-то объяснять, но Саша уже не слушал.
— Вера попросила, чтобы ты больше не приходила к нам. И я с ней согласен. Я не позволю тебе лезть в мою семью.
— Саша…
— Мне надоело оправдывать тебя перед Верой и делать вид, что ты всегда хочешь как лучше. Ты хотела нас поссорить — тебе это удалось. На этом всё.
Он уже собирался отключиться, но добавил:
— Считай, что теперь у тебя нет ни сына, ни внука.
Александр сбросил вызов.
Только после этого Виктория Егоровна поняла, что зашла слишком далеко.
