— Это ещё зачем она квартиру на себя записывает?! Ты мужик! Глава семьи! Обмануть хочет!

Виталий сидел за кухонным столом и машинально листал документы. Перед ним лежал договор купли-продажи квартиры, который они с Ангелиной получили вчера от риелтора. Двухкомнатная квартира в новостройке — их первое совместное жильё после двух лет брака.

— Вить, ты завтракать будешь? — Ангелина поставила перед ним тарелку с яичницей.

— Ага, спасибо, — он отложил бумаги. — Слушай, Гель, тут с долями всё правильно расписано? Твой отец точно восемьдесят семь процентов вложил?

— А что не так? — она присела рядом. — Папа дал три миллиона семьсот тысяч, ты — триста пятьдесят от продажи участка, твоя мама — двести тысяч. Всё по справедливости поделили.

— Справедливости… — Виталий хмыкнул. — Получается, у меня всего восемь процентов, у мамы — пять, а остальное твоё?

— НЕ МОЁ, а по долям согласно взносу. Папа же сразу это условие озвучил. Ты был согласен.

— Был, — он поковырял вилкой яичницу. — Просто как-то странно получается. Я же муж.

Ангелина удивлённо посмотрела на него:

— И что? Разве быть мужем автоматически даёт право на большую долю при меньшем взносе?

— Да нет, я не о том…

В дверь позвонили. Ангелина пошла открывать и вернулась с Валентиной Сергеевной — матерью Виталия.

— Доброе утро, мам, — Виталий встал из-за стола.

— Какое оно доброе! — Валентина Сергеевна прошествовала на кухню, окинув невестку недовольным взглядом. — Мне Марина звонила, рассказала про ваши дела с квартирой.

Марина — старшая сестра Виталия, которая шесть лет мыкалась с мужем по съёмным квартирам.

— И что она рассказала? — спокойно спросила Ангелина.

— Что ТЫ себе восемьдесят семь процентов квартиры отхватила! — Валентина Сергеевна грохнула сумкой об стол. — Это ещё зачем она квартиру на себя записывает?! Ты мужик! Глава семьи! Обмануть хочет!

— Мама, никто никого не обманывает, — Виталий попытался успокоить мать. — Просто доли поделены пропорционально взносам.

— Взносам! — фыркнула Валентина Сергеевна. — Да какая разница, кто сколько дал! Вы же СЕМЬЯ! Должно быть пятьдесят на пятьдесят!

— Почему? — Ангелина старалась говорить ровно. — Мой отец вложил почти четыре миллиона своих денег. Почему он должен дарить половину Виталию?

— Потому что Виталий — твой МУЖ! Потому что так положено! А твой папаша просто хочет моего сына под каблук загнать!

— Валентина Сергеевна, давайте без оскорблений…

— Да что ты мне указываешь! — возмутилась свекровь. — Два года всего замужем, а уже командовать начала! Знаю я таких хитрых! Сначала квартиру на себя, потом развод — и мой сын на улице!

Виталий молчал, разглядывая остывшую яичницу.

— Вить, может, ты что-то скажешь? — Ангелина поинтересовалась у мужа.

— Мам, ну зачем ты так… Никто разводиться не собирается.

— А я считаю, что квартира должна быть записана НА ТЕБЯ! — отрезала Валентина Сергеевна. — Ты мужчина, ты должен владеть имуществом семьи!

— Это бред какой-то, — Ангелина встала из-за стола. — В двадцать первом веке живём.

— НЕ СМЕЙ со мной так разговаривать! — возмутилась свекровь. — Виталий, ты слышишь, как она со мной говорит?!

— Гель, ну правда, не надо так с мамой…

Ангелина недоверчиво посмотрела на мужа:

— Ты серьёзно? Она приходит в НАШ дом, оскорбляет моего отца, требует переписать квартиру, а виновата я?

— Я ничего не требую! Я просто хочу защитить интересы своего сына! — Валентина Сергеевна повернулась к Виталию. — Сынок, ты же понимаешь, что я права? Нельзя допустить, чтобы квартира была на ней!

— Мам, давай обсудим это позже…

— НЕТ! Сейчас обсудим! Звони её папаше, пусть переделывает документы! Минимум пятьдесят процентов на тебя!

— Да пошли вы к чёрту со своими требованиями! — не выдержала Ангелина. — Не нравится, я попрошу отца вернуть деньги Виталию, и покупайте сами что хотите!

— Ах ты… — Валентина Сергеевна задохнулась от возмущения. — Сын! Ты это слышал?!

— Гель, извинись перед мамой.

— ЗА ЧТО?! За то, что не хочу отдавать деньги моего отца твоей алчной матери?!

— Как ты смеешь! — свекровь всплеснула руками. — Да я тебя… Я вас приютила, когда вы только поженились! Два месяца у меня жили!

— И мы платили за коммуналку и покупали продукты! Или вы думали, что мы вам до конца жизни должны за это?!

***

После скандального визита свекрови прошла неделя. Виталий стал замкнутым, часто задерживался на работе. Ангелина пыталась наладить отношения, но каждый разговор упирался в одно — квартиру.

В пятницу вечером Виталий вернулся домой раньше обычного. Ангелина готовила ужин.

— Привет, — буркнул он, проходя мимо.

— Привет. Ужинать будешь?

— Не знаю. Может, позже.

Он прошёл в комнату, включил телевизор. Ангелина вздохнула и продолжила резать салат. Через полчаса она позвала его к столу.

— Вить, давай всё же поговорим, — начала она, когда они сели ужинать.

— О чём?

— О квартире. Мы же завтра должны ехать подписывать акт приёма-передачи.

— Знаю.

— И что? Мы едем или ты решил отказаться?

Виталий отложил вилку:

— Гель, может, всё-таки поговоришь с отцом? Ну хотя бы тридцать процентов мне. Я же твой муж.

— Виталий, мы это уже обсуждали. Папа вложил свои деньги на определённых условиях. Я не могу просить его подарить тебе больше миллиона.

— А если я попрошу? Как зять?

— Попробуй, — пожала плечами Ангелина. — Но я уверена, что он откажет. И будет прав.

— Почему?!

— Потому что это НЕСПРАВЕДЛИВО! Почему мой отец должен оплачивать твоё самолюбие?

— Моё самолюбие?! — Виталий повысил голос. — Да я просто не хочу быть нахлебником в собственной семье!

— А кто тебя таким считает? Я? Нет. Мой отец? Тоже нет. Только твоя мать со своими средневековыми представлениями!

— НЕ ТРОГАЙ мою мать!

— А она может трогать моего отца?! Может приходить в мой дом и устраивать скандалы?!

— Это и мой дом тоже!

— Пока мы снимаем. А в новой квартире у тебя будет восемь процентов. Если это тебя не устраивает — откажись от покупки.

Виталий вскочил из-за стола:

— Знаешь что? Мне надоело! Надоело, что ты не считаешься с моим мнением! Надоело, что твой отец пытается меня купить!

— НИКТО тебя не покупает! Папа просто помогает нам с жильём!

— Да? А почему тогда такие условия? Почему не пополам?

— Да катись ты со своим «пополам»! — взорвалась Ангелина. — Где ты был два года назад со своим «пополам»? Когда мы свадьбу играли, почему не потребовал, чтобы расходы пополам были? Папа тогда двести тысяч потратил, а твоя мать — двадцать! Где было твоё мужское самолюбие?!

— Это другое!

— Чем другое?! Тем, что тогда тебе было выгодно брать деньги моего отца?!

Телефон Виталия зазвонил. Он глянул на экран — мать.

— Да, мам… Нет, мы дома… Что? Сейчас? Хорошо, жди.

Он сбросил вызов и посмотрел на жену:

— Мама едет. Хочет поговорить.

— Замечательно, — Ангелина встала из-за стола. — Ещё одного скандала мне не хватало.

— Гель, давай без ругани. Просто выслушаем её.

— Выслушаем?! Твою мать?! Которая меня расчётливой дрянью называла?!

— Она так не говорила!

— Нет, она говорила хуже! Что я хочу тебя обмануть и выкинуть на улицу!

Через двадцать минут приехала Валентина Сергеевна. Вместе с ней пришла Марина.

— Здравствуйте, — холодно поздоровалась Ангелина.

— Здравствуй, — процедила свекровь. — Нам нужен серьёзный разговор.

Они прошли в гостиную. Валентина Сергеевна уселась на диван, Марина — рядом. Виталий сел в кресло, Ангелина осталась стоять.

— Я тут посоветовалась с юристом, — начала свекровь. — Он сказал, что если квартира покупается в браке, то она считается совместно нажитым имуществом.

— Не в этом случае, — возразила Ангелина. — Если доли определены заранее и деньги — это дарение от моего отца, то квартира делится согласно долям.

— Откуда ты знаешь? — прищурилась Марина.

— Оттуда, что мой отец тоже консультировался с юристом. И нотариус, который будет оформлять сделку, всё подтвердил.

— Хитрая какая! — фыркнула Валентина Сергеевна. — Всё продумала!

— А что, надо было быть дурой и отдать деньги моего отца неизвестно кому?

— Как это неизвестно кому?! Своему МУЖУ!

— Который вложил восемь процентов от стоимости!

— Да какая разница, сколько он вложил! — возмутилась Марина. — Он твой муж! Он глава семьи!

— Да идите вы в баню со своим главой семьи! — не выдержала Ангелина. — Какой год на дворе?!

— Ангелина! — Виталий вскочил. — Не смей так разговаривать с моей семьёй!

— А они могут меня оскорблять?! Могут требовать чужие деньги?!

— Мы требуем СПРАВЕДЛИВОСТИ! — заявила Валентина Сергеевна. — Квартира должна быть минимум пополам! А лучше — полностью на Виталия!

— Полностью?! — Ангелина расхохоталась. — Вы в своём уме?! С какого перепуга?! Вы с похмелья или это у вас мозговой штурм?

— С такого, что он МУЖЧИНА! Что он должен обеспечивать семью! А не жить на подачки тестя!

— Какие подачки?! Это помощь в покупке квартиры!

— Помощь! — презрительно фыркнула Марина. — Папочка дочку пристраивает! А потом будет Виталием командовать!

— НИКТО им командовать не собирается!

— Да? А почему тогда такие условия?

***

Скандал продолжался ещё час. Валентина Сергеевна с Мариной требовали, угрожали, взывали к совести. Виталий молчал, лишь изредка пытался успокоить мать. Ангелина стояла насмерть — условия менять не будет.

— Знаешь что, — наконец заявила свекровь, поднимаясь с дивана. — Ты пожалеешь о своей жадности! Виталий, пойдём со мной!

— Куда? — удивился он.

— Домой! К матери! Нечего тебе тут делать, раз жена тебя ни во что не ставит!

— Мам, я никуда не пойду…

— Как это не пойдёшь?! Ты мой сын! Ты должен…

— НИЧЕГО он вам не должен! — перебила Ангелина. — Он взрослый мужчина!

— Который сидит под каблуком у жены! — выплюнула Марина. — Вить, ты посмотри на себя! Во что ты превратился! Тряпка!

— Марина! — возмутился Виталий.

— А что Марина?! Она права! — поддержала дочь Валентина Сергеевна. — Нормальный мужик не позволил бы так с собой обращаться! Твой тесть тебя за человека не считает!

— Да пошли вы все! — взорвалась Ангелина. — ВОН из моего дома! УБИРАЙТЕСЬ!

— Из ТВОЕГО дома?! — крикнула свекровь. — Ты слышал, Виталий?! Она тебя уже и из дома выгоняет!

— Я выгоняю ВАС! Вас двоих! А Виталий тут живёт и будет жить!

— Посмотрим! — Валентина Сергеевна схватила сумку. — Виталий, я жду тебя дома. Подумай хорошенько, что для тебя важнее — семья или эта… расчётливая особа!

Они с Мариной ушли. Ангелина без сил опустилась на диван. Виталий стоял посреди комнаты.

— Ну что, доволен? — спросила она.

— Чем?

— Тем, что твоя мать меня расчётливой особой назвала. Тем, что ты даже не попытался меня защитить.

— А что я должен был делать? Это моя мать!

— А я твоя жена! Или это ничего не значит? И вообще, где твои мозги?

Виталий сел в кресло:

— Гель, давай поговорим спокойно. Может, правда, стоит пересмотреть доли?

— НЕТ! — отрезала она. — Никакого пересмотра не будет! Завтра мы едем подписывать документы. Если ты не хочешь — скажи сейчас. Папа найдёт другого покупателя на твою долю.

— Ты мне угрожаешь?

— Я констатирую факт. Либо мы покупаем квартиру на оговоренных условиях, либо не покупаем вообще.

— А если я откажусь?

— Тогда мы продолжим снимать. Или разъедемся. Решай.

Виталий встал:

— Мне нужно подумать.

Он ушёл в спальню. Ангелина осталась сидеть в гостиной. Достала телефон, набрала отца:

— Пап? Привет… Да, я в порядке… Слушай, у нас тут проблемы… Нет, не надо приезжать… Просто Виталий сомневается насчёт квартиры… Его мать требует изменить доли… Да, я понимаю… Хорошо, я тебе завтра позвоню.

Ночь прошла в молчании. Виталий спал на диване в гостиной, Ангелина — в спальне. Утром она проснулась от звука входящего сообщения. Виталий писал: «Я согласен. Поехали подписывать документы».

Она вышла в гостиную. Виталий сидел на диване, помятый и невыспавшийся.

— Ты уверен? — спросила она.

— Да. Мне нужна эта квартира. И потом, восемь процентов — это лучше, чем ничего.

— А твоя мать?

— Моя мать… Она переживёт. Я поговорю с ней.

Они поехали к нотариусу. Подписали все документы, получили ключи. Квартира была их — с долями согласно вложениям.

— Ну что, новосёлы, — улыбнулся риелтор, что вручил им ключи, — поздравляю!

— Спасибо, — кивнула Ангелина.

Виталий молчал.

По дороге домой он наконец заговорил:

— Гель, я хочу тебе кое-что сказать.

— Что?

— У меня есть кредит. Который я взял ещё до свадьбы.

Ангелина резко затормозила:

— Что? Какой кредит?

— Потребительский. Пятьсот тысяч. Осталось выплатить триста.

— И ты молчал об этом ДВА ГОДА?!

— Я не хотел тебя расстраивать. Думал, сам справлюсь.

— И как, справился?

— Нет. Платежи большие, я еле успеваю. И… я хотел попросить тебя помочь.

— Помочь?! После всего, что было?! Ты скрывал от меня долги, требовал чужие деньги, а теперь хочешь, чтобы я твои кредиты оплачивала?!

— Гель, ну мы же семья…

— СЕМЬЯ?! — Ангелина ударила по рулю. — Семья не скрывает долги! Семья не устраивает скандалы из-за денег! Семья поддерживает друг друга, а не требует!

— Я прошу, а не требую…

— НЕТ! Категорически НЕТ! Плати сам свои кредиты!

— Но я не смогу! Мне грозит просрочка!

— Это ТВОИ проблемы! Надо было думать, когда брал! И когда скрывал от меня! Если всё так серьёзно, зачем вносил деньги за квартиру?

Остаток дороги они ехали в молчании. Дома Виталий сразу ушёл в спальню, достал телефон. Набрал мать:

— Мам? Мы подписали документы… Да, я знаю… Нет, она не согласилась изменить доли… Мам, у меня проблемы… Кредит, помнишь? Да, тот самый… Она отказалась помогать… Не знаю, что делать…

Валентина Сергеевна долго что-то говорила. Виталий слушал, кивая.

— Хорошо, мам. Я попробую ещё раз.

***

Прошла неделя. Виталий пытался уговорить Ангелину помочь с кредитом, но она была непреклонна. Отношения окончательно разладились. Они почти не разговаривали, спали в разных комнатах.

В пятницу Виталий получил письмо из банка — последнее предупреждение о просрочке. Он в панике позвонил матери:

— Мам, всё плохо. Банк грозит коллекторами.

— Я же говорила — эта твоя женушка тебя доведёт! Приезжай ко мне, поговорим.

Виталий приехал к матери. Там уже была Марина.

— Ну что, довела тебя твоя красавица? — ехидно спросила сестра.

— Марин, не начинай.

— А что не начинать? Я тебя предупреждала! Нельзя было жениться на этой стерве!

— Она не стерва!

— Нет? А кто? Папочкина дочка, которая тебя за человека не считает!

— Хватит! — Валентина Сергеевна стукнула ладонью по столу. — Нужно решать проблему. Виталий, у меня есть план.

— Какой?

— Ты должен потребовать свою долю квартиры. Половину! И пусть она выкупает или продаёт!

— Мам, я не могу. Документы уже оформлены.

— А развод? При разводе имущество делится пополам!

— Какой развод?! Ты что?!

— А что тебя держит? Любовь? Её давно нет! Уважение? Его тоже! Остался только расчёт!

— Это не так…

— Виталий, открой глаза! — Марина наклонилась к брату. — Она использует тебя! Её отец купил квартиру для неё, а ты там так, для мебели!

— Марина права, — кивнула Валентина Сергеевна. — Подавай на развод и требуй половину квартиры. Это твоё право!

— Но юрист же сказал, что при долевой собственности…

— Юрист сказал, что можно попробовать! Если докажешь, что вкладывал не только деньги, но и труд!

— Какой труд?

— Ремонт будете делать? Вот и труд! Ты делаешь ремонт, вкладываешься, а потом требуешь компенсацию!

Виталий задумался:

— Это подло.

— Подло — это когда жена отказывается помочь мужу! — взвилась мать. — Когда тесть унижает зятя! Когда с тобой обращаются как с нахлебником!

— Я подумаю…

Виталий вернулся домой поздно. Ангелина сидела на кухне с ноутбуком.

— Где ты был? — спросила она, не поднимая глаз.

— У матери.

— Понятно. Опять промывала тебе мозги?

— Гель, нужно поговорить.

— О чём? О твоём кредите? Я сказала — нет.

— Не только о кредите. О нас. О нашем браке.

Ангелина подняла голову:

— И что с нашим браком?

— Он трещит по швам. Ты это видишь?

— Вижу. И кто в этом виноват?

— Мы оба.

— НЕТ! — Ангелина закрыла ноутбук. — Это ТЫ скрывал долги! ТЫ позволяешь своей матери меня оскорблять! ТЫ требуешь то, что тебе не принадлежит!

— Я твой МУЖ! Мне принадлежит половина всего, что у нас есть!

— С чего ты взял?!

— С того, что мы в браке! И если мы разведёмся, я буду требовать свою долю!

Ангелина встала:

— Ты мне угрожаешь?

— Я предупреждаю. Либо ты помогаешь мне с кредитом и пересматриваешь доли в квартире, либо…

— Либо что? Разведёмся? Да ради бога! РАЗВОДИСЬ!

Она ушла в спальню. Виталий остался на кухне. Достал телефон, начал писать сообщение:

«Гель, давай поговорим спокойно. Я не хочу терять тебя. Но мне нужна твоя помощь. Если ты откажешь, мне придётся принять крайние меры».

Отправил.

Через минуту пришёл ответ:

«Принимай. Мне всё равно».

Виталий сжал кулаки. Набрал матери:

— Мам? Я согласен. Буду разводиться.

На следующий день Ангелина уехала к родителям. Сказала, что ей нужно время подумать. Виталий остался один в съёмной квартире.

Вечером ему позвонил Пётр Николаевич — отец Ангелины.

— Виталий, добрый вечер. Нужно встретиться.

— Зачем?

— Поговорить. О вас с Ангелиной. О квартире. О твоём кредите.

— Вы знаете про кредит?

— Ангелина рассказала. Давай встретимся.

Встреча с Петром Николаевичем прошла деловито и холодно. Тесть положил перед Виталием документ:

— Я выкупаю твою долю. Триста пятьдесят тысяч, которые ты вложил, плюс компенсация — ещё сто пятьдесят. Итого полмиллиона. Чистыми. Завтра едем к нотариусу.

— А если я не соглашусь?

— Тогда останешься с восемью процентами квартиры, которую не сможешь продать без согласия Ангелины. И с кредитом, который тебя задушит. Выбирай.

Виталий подписал. На следующий день сделка была оформлена — квартира полностью перешла к Ангелине. Полмиллиона Виталий получил на руки.

— Вот и всё, — сказал Пётр Николаевич, выходя от нотариуса. — Теперь забудь дорогу к моей дочери.

Виталий вернулся домой в бешенстве. Позвонил матери:

— Мам! Этот гад купил меня за гроши! За какие-то полмиллиона!

— Подавай на развод! — выкрикнула Валентина Сергеевна. — Требуй половину квартиры через суд! При разводе всё имущество делится пополам!

— Точно! — подхватила Марина, слушавшая разговор по громкой связи. — Мой юрист говорит, что есть все шансы!

— Но документы же оформлены…

— А мы докажем, что тебя принудили! Что тесть оказывал давление! Вить, это твой шанс! Получишь два миллиона минимум!

Виталий загорелся идеей. Нашёл через знакомых матери юриста — молодого парня, который уверенно заявил:

— Шансы есть. Хорошие шансы. Мы будем настаивать на том, что брачного договора не было, квартира приобретена в браке, значит — совместно нажитое имущество.

— Но там же доли прописаны…

— Прописаны под давлением! Вы были вынуждены согласиться, иначе остались бы без жилья. Мы это докажем.

Виталий поверил. Подал на развод и сразу же — иск о разделе имущества, требуя половину квартиры.

Деньгами полученными от тестя он погасил кредит, даже чуточку осталось. А вот жить на что-то надо было. Мать дала денег на оплату юриста, но квартплата, еда, одежда…

— Ты не переживай, — успокаивала Валентина Сергеевна. — Отсудишь два миллиона и рассчитаешься.

Виталий кивал, но денег всё равно не хватало. И тут одна банк предложил выгодный займ — миллион рублей под небольшой процент. Нужно было только подтверждение дохода.

— Фиктивную справку сделаем, — подсказал кредитный менеджер. — Не проблема.

Виталий согласился. Деньги получил быстро. Часть отдал матери за все расходы, часть потратил на себя — надо же было как-то жить, поддерживать статус.

Суд затянулся на четыре месяца. Ангелина наняла толкового адвоката, который методично разбивал все доводы Виталия. Предоставил нотариально заверенные документы о дарении денег от Петра Николаевича дочери, доказательства того, что Виталий добровольно согласился на такое распределение долей, а потом добровольно же продал свою часть.

— Ваша честь, истец пытается получить то, от чего сам отказался, — заявил адвокат Ангелины. — Он продал свою долю за полмиллиона рублей. Сделка оформлена у нотариуса. Какие могут быть претензии?

— Меня заставили! — кричал Виталий. — Тесть угрожал!

— Чем угрожал? Есть доказательства?

— Он… он сказал, что я останусь с кредитами…

— То есть просто констатировал факт? — судья посмотрел поверх очков. — Это не принуждение.

Юрист Виталия пытался доказать, что квартира всё равно должна считаться совместно нажитым имуществом, но документы были оформлены безупречно. Договор дарения, долевая собственность, добровольная продажа доли…

Решение суда было предсказуемым: в иске отказать. Квартира остаётся за Ангелиной полностью. Никаких компенсаций Виталию не положено.

Когда Виталий вышел из зала суда, к нему подбежала Марина:

— Вить! Это полный провал! Как же так?!

— Юрист говорил, что выиграем…

— Да какой из него юрист! Студент недоучившийся! Мама его через подругу нашла! — Марина схватила брата за плечи. — Вить, скажи, что ты не брал новый кредит?

— Я… я взял, — признался он. — Миллион. Думал, выиграю дело и верну…

— ТЫ ЧТО, СОВСЕМ?! — взвизгнула сестра. — Ты только погасил старый кредит и опять запихал шею в петлю! Теперь ещё миллион?! Где ты собрался брать деньги?!

— Вить, ты идиот! Конченый идиот!

Марина развернулась и ушла. Виталий поехал к матери.

Валентина Сергеевна встретила его в прихожей:

— Ну что? Выиграли?

— Нет, мам. Суд отказал.

— КАК ОТКАЗАЛ?! — лицо матери покраснело. — Этот придурок юрист же обещал!

— Он старался, но документы…

— ДОКУМЕНТЫ?! Да какие документы! Ты просто сам всё испортил! Нужно было не продавать долю! Нужно было настаивать на своих правах! А ты что? Согласился! За какие-то гроши согласился!

— Мам, мне надо было кредит гасить…

— Кредит! — Валентина Сергеевна ударила кулаком по столу. — Вечно у тебя этот кредит! И что теперь? Квартиры нет, жены нет, денег нет! Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!

— Я хотел как лучше…

— КАК ЛУЧШЕ?! Ты хотел на халяву два миллиона получить! Вот что ты хотел! А получил по заслугам! И не приходи больше ко мне со своими проблемами! Разбирайся сам!

— Мам!

— Всё! Хватит! Я устала тебя вытаскивать! Марина права — ты идиот!

Виталий вышел от матери подавленным. Вернулся в съёмную квартиру. Сел, посчитал деньги.

Он схватился за голову. Полный крах.

***

Ангелина узнала о решении суда в тот же день. Адвокат позвонил и поздравил с победой.

— Спасибо, — сказала она. — Я знала, что так и будет.

— Кстати, — добавил адвокат, — ваш бывший муж взял ещё один кредит. Миллион рублей. Видимо, рассчитывал на выигрыш дела.

— Серьёзно? — Ангелина усмехнулась. — Ещё один кредит?

— Да. У него сейчас совокупная задолженность под миллион.

Повесив трубку, Ангелина рассмеялась. Громко, искренне.

— Ну что ж, Виталий, — произнесла она вслух, — теперь ты получил по заслугам. Квартиры нет. Жены нет. Зато кредиты есть. Много кредитов.