Лена стояла в очереди на кассе, когда увидела, что звонит муж.
— Ты ещё долго? — спросил он без приветствия. — Люди сидят, чай пьют… Пустой!
— Пять минут! — с явным беспокойством ответила женщина. Она бросила взгляд на корзину, где лежали пирожные, торт, конфеты и печенье, и уточнила: — Больше ничего не нужно, помимо того списка, что ты мне выслал?
— Ничего! Лен, давай уже домой! Ты говорила, что быстренько в магазин сбегаешь, а тебя уже два часа нет. Надя с Колей скоро уедут, а я их только чаем с булкой угостил.
— Уже иду, расплачиваюсь за покупки… — начала было Лена, но звонок прервался: Илья положил трубку.
За три года брака Лена уже привыкла быть той, кто всё организовывает и кого при этом совершенно не ценят. Поэтому упрёк в медлительности от мужа даже не задел её.
Родственники Ильи заглянули к ним неожиданно. Они возвращались из другого города и решили навестить брата. Разумеется, никто заранее не спросил, удобно ли Лене принимать гостей. А Илья, узнав об этом, просто бросил:
— Родня есть родня, нужно принимать. Я тебе список продуктов вышлю, купи к чаю.
Лена молча согласилась. Она быстро прибрала в квартире, накинула куртку и пошла в магазин. Илья же остался дома «встречать любимую сестру».
Вернувшись с покупками, Елена поприветствовала гостей и присела с ними за стол. За обедом Надя и Коля, как всегда, говорили только о деньгах.
— Молодец ты, Илюх, — начала хвалить брата сестра. — Квартиру купил, машину поменял. Всё для семьи делаешь.
— Стараюсь, — довольно улыбнувшись, ответил тот.СтеллаКьярри
Лена удивлённо подняла глаза. Квартиру они покупали вместе: первый взнос сложили из своих зарплат. Потом она два года подрабатывала вечерами, чтобы быстрее выплатить кредит за машину. Но за семейным столом почему-то хвалили только мужа.
После обеда Надя и Коля расположились в гостиной, а Илья тихо подозвал жену и сказал:
— Слушай, а ты гостинцы купила? Что мы их с пустыми руками отпустим?
— Нет… не купила. Ты же не говорил, — растерянно произнесла Лена.
— Почему я должен об этом говорить? Ты же у нас хозяйка! Ты должна была сама об этом позаботиться! — прикрикнул супруг.
— И что мне теперь делать? Опять бежать в магазин?
— Конечно! Купи шоколадные конфеты в коробке, зефир и ещё какой-нибудь подарочный набор. Ну, там шампунь или бальзам для волос… В общем, сама реши. Надя с Колей не каждый день к нам заглядывают. Нельзя отпускать их с пустыми руками.
— Ладно, сейчас сбегаю. Только переведи мне деньги на карту.
— Какие ещё деньги? У тебя что, совсем не осталось? — фыркнул мужчина.
— Нет, я за кредит заплатила, а остатки потратила на торт с пирожными.
— Пф-ф, ладно, скину, — недовольно пробубнил Илья, а потом добавил: — Слушай, у тебя остались чеки за прошлые покупки? Ты же их вроде собираешь, чтобы траты считать.
— Да, они в папке в спальне. А зачем тебе?
— Да так, надо было… — отмахнулся Илья.
Всё это показалось Лене странным. Раньше муж никогда не интересовался подсчётами. Семейной бухгалтерией занималась исключительно жена, а супруг лишь смеялся над этим:
— Что ты там всё высчитываешь? Ну потратили, потом получили. Зачем всё это фиксировать?
— Затем, чтобы понимать, на что у нас уходят деньги. Это позволит не только экономить, но и грамотно распределять средства.
— Ну и выдумщица ты! — смеялся Илья.
Теперь же он вдруг заинтересовался её папкой с чеками.
Любопытство взяло вверх, и вместо того чтобы бежать в магазин, Лена постояла пять минут в подъезде, а потом бесшумно проскользнула обратно в квартиру.
Женщина сразу услышала разговор мужа с сестрой и зятем. Их голоса доносились из гостиной.
— Видишь? Почти пятьдесят тысяч за неделю! — говорил Илья Наде, размахивая перед её носом папкой с чеками.
— Ничего себе…
— Вот именно! Она вообще деньги считать не умеет. Хорошо, что карточка у меня. А то сразу бы всё спустила.
Лена замерла. Какие пятьдесят тысяч? Она прекрасно знала, сколько потратила на продукты за неделю, и это была куда меньшая сумма.
— Почему ты не говоришь ей, чтобы она не транжирила деньги? У вас ведь общий бюджет, — с укором спросила Надя.
— Думаешь, она меня слушает? Лена — заядлый шопоголик! Если она идёт в магазин, то сметает с полок всё: и нужное, и ненужное. Видели бы вы её корзину в приложении маркетплейса. Там тысяча товаров, которые она то и дело заказывает.
— М-да, это уже похоже на болезнь… — протянул Коля.
— Я тоже так считаю, — кивнул Илья и продолжил: — Поэтому и не могу пока вернуть вам долг. Поэтому и прошу ещё немного денег. Нам нужно платить за ипотеку, иначе у нас отберут квартиру. Пожалуйста, войдите в моё положение, а то я скоро окончательно свихнусь.
— Бедняга… Мы с Колей и представить не могли, до какой степени всё запущено. Иначе ни слова бы не сказали про долг. Сколько тебе ещё нужно? — спросила Надежда, бросив жалостливый взгляд на брата.
— Столько же, сколько и в последний раз. Вы не переживайте, я их Лене показывать не буду, да и вы ей не говорите, что мне деньги дали. Иначе она всё потратит! Вот рассчитаемся с банком, тогда я буду настаивать на её сеансах с психологом. Шопоголизм надо лечить, иначе…
Лена не стала дослушивать. Её сердце колотилось так сильно, что казалось, этот стук вот-вот услышат все в квартире. Она тихо попятилась к двери и бесшумно вышла из дома.
На лестничной площадке Лена заплакала. Теперь всё встало на свои места. Оказывается, Илья не впервые занимал у родственников разные суммы. Только тратил он их не на семью, а на собственные нужды. Вот откуда у него взялись дорогая игровая приставка, монитор, наушники и прочие аксессуары, которые муж якобы «купил на свою премию». Никакой премии у него не было. Деньги Илье давала сестра, потому что тот умело давил на жалость, выставляя себя мучеником и сочиняя небылицы про шопоголизм Лены. И чем легче ему удавалось добывать средства таким способом, тем охотнее он продолжал это делать.
Лена была жутко обижена. Целых два года она подрабатывала вечерами, чтобы платить по кредитам, а муж тем временем спускал деньги на игры и развлечения, занимая у родных и даже не думая отдавать долг.
В тот вечер Лена ничего не сказала ни мужу, ни его сестре с зятем. Вместо этого она сбегала в магазин, купила гостинцы, как просил супруг, а потом вернулась и снова натянула на лицо улыбку.
— Спасибо, что заглянули. Приезжайте ещё, мы будем вам рады, — произнесла она, когда Надя и Коля стали собираться.
Перед выходом золовка неожиданно обняла невестку и тихо сказала:
— Выздоравливай.
— Да я вроде не болела, — растерянно улыбнулась Лена.
— Это ты так считаешь, но все мы видим, что дела твои плохи…
Слова Надежды сильно задели Лену. Она вдруг поняла, что лживая история Ильи о её «шопоголизме» уже пустила корни, и вскоре все родственники будут смотреть на неё с этой меркой.
Допустить, чтобы выдумка супруга стала семейной правдой, женщина не могла.
Когда за Надей и Колей закрылась дверь, Лена стала сразу думать, как выпутаться из сложившейся ситуации. И придумала…
Целую неделю она собирала чеки, квитанции и выписки из банка — каждую бумажку, которая могла бы подтвердить, что она не транжира, а человек, который скрупулёзно следит за бюджетом и годами тянет на себе семейную финансовую нагрузку. Потом она внесла все данные в таблицу, аккуратно рассортировала их по категориям и распечатала специально для Ильи.
Когда Лена швырнула стопку бумаг в сторону мужа, тот вздрогнул от неожиданности.
— Что это? — спросил он.
— Это правда. Правда о том, что у меня нет никакого шопоголизма. А вот ты у нас — патологический врун и игроман!
Мужчина напрягся.
— Откуда ты…
— Я слышала ваш разговор с Надей. Слышала, как ты клянчил у неё деньги, прикрываясь моей якобы зависимостью.
— Ты всё неправильно поняла, — попытался выдавить улыбку Илья.
— Хорошо. Тогда давай проверим, насколько я «неправа», — спокойно сказала Лена и открыла ноутбук.
На экране было письмо, уже готовое к отправке, с вложением — той самой таблицей, где по дням и статьям расходов прослеживалась вся картина. Получателем письма значилась Надя.
— Что ты задумала? — Илья побледнел, поняв, что происходит.
— Хочу рассказать ей, кто из нас «болен». Я больше не позволю наговаривать на меня и выставлять в дурном свете.
— Нет, ты не посмеешь отправить! — крикнул мужчина и шагнул вперёд.
— Посмею, — ответила Лена и нажала на клавишу.
Письмо исчезло с экрана, а Илья побагровел от злости. Они ещё долго кричали друг на друга, но их ссору прервали звонки и сообщения, которые посыпались на телефон мужчины как из рога изобилия. Ему звонили сестра, зять, родители, дяди и тёти. Все, у кого он когда-либо занимал деньги и не отдавал, теперь требовали объяснений.
— Видишь, что ты наделала?! — заорал Илья, тряся телефоном.
— Вижу. Я просто открыла людям глаза.
— Да, открыла! Можешь собой гордиться, но теперь, помимо кредитов, нам придётся расплачиваться ещё и с ними!
— Не нам, а тебе. Потому что я этих денег не видела и к твоим долгам не имею никакого отношения. Да и жить с тобой я больше не собираюсь. Не хочу просыпаться каждое утро с человеком, который за глаза называл меня зависимой.
Через неделю Лена подала на развод, а Илья переругался со всеми родственниками. Никто из них больше не хотел слышать его оправданий, и каждый требовал вернуть долг.
Лена больше не пыталась никому ничего доказывать. То письмо сделало своё дело.
Время от времени её накрывала волна горечи от того, сколько лет и сил она вложила в семью, которая распалась из-за эгоизма и патологического вранья мужа. И всё же в этом болезненном опыте было что-то ценное. Теперь Лена точно знала, что привычка вести учёт и контролировать свой бюджет иногда бывает очень полезной.
