Анастасия нарезала овощи для салата, когда телефон Вячеслава зазвонил. Он лежал на диване, листая спортивные новости на планшете.
— Алло, мам? Привет! — его голос мгновенно стал радостным и заискивающим. — Да, конечно… Что? Правда? ОТЛИЧНО!
Анастасия насторожилась. Этот тон она знала слишком хорошо — так Вячеслав разговаривал с матерью, когда та что-то от него хотела.
— Уже взяли билеты всей семьёй к вам на праздники, — донёсся из трубки властный голос Людмилы Петровны. — Завтра утром прилетаем, я и Геннадий. Встречать не надо, сами доберёмся.
— Мам, это же… замечательно! — Вячеслав вскочил с дивана. — Настя будет рада!
Анастасия застыла с ножом в руке. РАДА? Она едва не расхохоталась от абсурдности ситуации. После прошлого визита свекрови, когда та две недели командовала в ИХ доме, критиковала каждый шаг Анастасии и довела её до такого состояния, что пришлось пить успокоительные, он смеет говорить о радости?
— Слав, подожди, — Анастасия отложила нож. — Мы же с Мариной и Костей договорились поехать в загородный дом отдыха. Билеты куплены, всё оплачено.
Вячеслав махнул на неё рукой, продолжая умиляться в трубку:
— Да, мам, конечно. Твоя комната готова… Что? А, ну да, кабинет освободим, не волнуйся.
Когда он закончил разговор, Анастасия уже стояла посреди кухни.
— Ты СЕРЬЁЗНО? Мы три месяца планировали эту поездку!
— И слава богу! — вырвалось у неё. — После её визита я неделю в себя приходила! Она критиковала всё. «Настенька, а почему борщ такой светлый?», «Настенька, а разве так гладят рубашки?», «Настенька, тебе не кажется, что эта юбка слишком короткая для замужней женщины?»
— Не передёргивай. Мама заботится.
— ЗАБОТИТСЯ? — Анастасия повысила голос. — Она довела меня до истерики своей заботой! А ты сидел и молчал, когда она при гостях рассказывала, какая из Светки, твоей бывшей, была бы идеальная жена!
— Хватит устраивать сцены, — Вячеслав нахмурился. — Решено. Мама приезжает. Я сейчас позвоню Косте, скажу, что мы не едем.
— НЕТ! — Анастасия ударила ладонью по столу. — Ты не имеешь права!
— Я решаю, — отрезал он. — И вообще, сходи лучше в магазин, купи что-нибудь к приезду мамы. Она любит буженину и тот французский сыр, помнишь?
Где тот заботливый парень, который пять лет назад носил её на руках? Который клялся, что её счастье для него важнее всего?
— Я не пойду в магазин, — тихо сказала она.
— Настя, не упрямься. Вот деньги, — он достал кошелёк. — И купи что-нибудь на завтрак. Мама прилетает рано, надо будет накрыть стол.
— Слав, послушай меня…
— Всё, разговор окончен. Я звоню Косте.
Он набрал номер, и Анастасия услышала, как муж радостным тоном сообщает другу, что они не смогут поехать из-за визита родителей. Костя что-то говорил в трубку, явно расстроенный, но Вячеслав только отмахивался от его слов.
Анастасия взяла деньги и сумку. В глазах стояли слёзы злости и обиды. Она вышла из квартиры.
***
На улице моросил мелкий снег. Анастасия шла по направлению к супермаркету, но мысли её были далеко. Телефон зазвонил — Марина.
— Настюш, Костя сказал, вы не едете? Что случилось?
— Свекровь приезжает, — глухо ответила Анастасия.
— Твою же мать! Опять? После того, что было в прошлый раз?
— Слава решил. Я даже слова сказать не успела.
— Настя, это уже переходит все границы! Ты же помнишь, в каком состоянии ты была после её отъезда? Мы с тобой три часа по телефону проговорили, ты рыдала!
— Помню, — Анастасия остановилась у витрины магазина. — Марин, я так устала. Устала быть удобной, правильной, хорошей невесткой. Устала молчать, когда меня унижают.
— А что, если… — Марина замолчала.
— Что?
— Поезжай с нами. Серьёзно. Пусть Слава сам развлекает маменьку.
— Он меня убьёт.
— Да какого чёрта, Настя?! Ты взрослая женщина! Имеешь право на отдых! Тем более квартира — твоей матери, если что!
Эта мысль ударила как молния. Действительно, они живут в квартире, которую им предоставила мама Анастасии. Она переехала к новому мужу в загородный дом, а молодым оставила трёхкомнатную квартиру в центре.
— Знаешь что, — Анастасия решительно развернулась. — Я еду с вами.
— ВОТ ЭТО ПО-НАШЕМУ! Давай, собирайся. Выезжаем завтра в шесть утра.
— А как же…
— Никаких «как же»! Настя, ты имеешь право на нормальный отдых! Хватит прогибаться!
Анастасия зашла в магазин, но покупать деликатесы для свекрови не стала. Взяла только самое необходимое — хлеб, молоко, яйца. Пусть сам покупает буженину для мамочки.
Дома Вячеслав уже смотрел хоккей.
— Ты быстро, — бросил он, не отрываясь от экрана.
— Да, — Анастасия прошла на кухню, убрала продукты.
— Буженину взяла?
— Нет. Не было.
— Как не было? — он наконец оторвался от телевизора. — В таком большом магазине?
— НЕ БЫЛО, — отрезала она и ушла в спальню.
Вечер прошёл в напряжённом молчании. Вячеслав демонстративно громко смотрел телевизор, Анастасия в спальне собирала вещи. Маленькую сумку она спрятала в шкаф — муж не должен был ничего заподозрить.
Рано утром, когда Вячеслав ещё храпел, Анастасия тихо встала, взяла собранную сумку и вышла из квартиры. На цыпочках спустилась вниз. Марина с Костей уже ждали её у подъезда.
— Молодец, что решилась! — Марина обняла подругу.
— Я оставлю телефон выключенным до вечера, — сказала Анастасия, садясь в машину. — Потом напишу СМС.
— Правильно! — поддержал Костя. — Пусть помучается.
Дорога до дома отдыха заняла три часа. Анастасия смотрела в окно на проносящийся зимний пейзаж и чувствовала себя свободной. Никто не будет указывать, что готовить. Никто не будет критиковать её манеру одеваться. Никто не будет сравнивать с бывшими.
В доме отдыха их встретили радушно. Номера были уютными, с видом на заснеженный лес. Анастасия включила телефон только вечером — тридцать два пропущенных вызова от Вячеслава, пятнадцать от свекрови.
Она набрала короткое сообщение: «Я отдыхаю с друзьями. Вернусь через три дня. Не звони».
Ответ пришёл мгновенно — поток ругательств и угроз. Анастасия выключила телефон и пошла в сауну с Мариной.
***
Людмила Петровна с мужем Геннадием стояли у двери квартиры уже пятнадцать минут. Вячеслав, растрёпанный и злой, никак не мог найти ключи.
— Да где же она, твоя благоверная? — раздражённо спросила Людмила Петровна.
— Уехала, — буркнул Вячеслав, наконец открывая дверь.
— КАК УЕХАЛА? — мать едва не выронила сумку. — Мы же предупредили!
— Давай потом, — Вячеслав пропустил родителей в квартиру.
Квартира встретила их неуютной пустотой. Никаких запахов готовящейся еды, никаких накрытых столов. В раковине — грязная чашка из-под вчерашнего кофе Вячеслава.
— Это… это просто ВОЗМУТИТЕЛЬНО! — Людмила Петровна прошла в гостиную. — Где элементарное уважение? Где воспитание?
Геннадий молча поставил чемоданы и сел на диван. В отличие от жены, он не выглядел возмущённым — скорее заинтересованным.
— А кабинет? — Людмила Петровна дёрнула ручку. — ЗАПЕРТ? Вячеслав!
— Мам, я не знаю, где ключ, — соврал он. На самом деле Анастасия унесла его с собой.
— Это уже переходит все границы! Я буду ночевать в ГОСТИНОЙ?
— Вы можете занять нашу спальню, — предложил Вячеслав.
— А ты где?
— На диване в гостиной.
Весь день прошёл в попытках дозвониться до Анастасии. Телефон был выключен. Людмила Петровна ходила по квартире, возмущаясь и причитая. Геннадий молча читал газету, иногда хмыкая.
— Она специально! — кричала Людмила Петровна. — Специально уехала, чтобы унизить меня! Чтобы показать своё НЕУВАЖЕНИЕ!
— Люда, может, наконец хватит? — наконец подал голос Геннадий. — Девочка имеет право на отдых.
— ГЕНА! Ты что несёшь? Какой отдых, когда свекровь приезжает?
— Которая её терроризирует, — пробормотал Геннадий себе под нос.
— ЧТО? Что ты сказал?
— Иду прогуляюсь.
Вячеслав сидел на кухне. На плите кипел чайник — третий раз за день, потому что все забывали его выключить. Есть никто не мог — Людмила Петровна отказалась от еды из доставки, назвав её «помоями», а готовить никто не умел или не хотел.
Вечером Вячеслав улёгся на диване в гостиной. Спина ныла, настроение было на нуле. Из спальни доносилось возмущённое бормотание матери. Геннадий храпел.
На следующий день Людмила Петровна начала с новой силой. Она обзванивала всех родственников, жалуясь на невестку. Вячеслав пытался работать из дома, но концентрироваться было невозможно.
— Представляешь, Зиночка, — вещала Людмила Петровна в трубку, — БРОСИЛА мужа на праздники! Уехала развлекаться! А мы тут, как сироты!
Геннадий в это время спокойно смотрел телевизор, переключая каналы.
— Слав, — позвал он сына. — Пивка не хочешь?
— Спасибо, не хочу.
— А зря. Помогает, — Геннадий усмехнулся. — Я вот тридцать лет так справляюсь.
Вячеслав непонимающе посмотрел на него.
— С Людой, — пояснил Геннадий. — Иначе с ума сойдёшь от её командования.
— Ты же любишь маму…
— Люблю. Но это не значит, что она всегда права. Твоя жена молодец, что уехала. Я бы тоже уехал, да некуда, — он хохотнул.
***
Анастасия вернулась через три дня, как и обещала. Отдохнувшая, с румянцем на щеках, в прекрасном настроении. Ключ повернулся в замке, и она вошла в квартиру.
Картина, представшая перед ней, была красноречивой — на кухне гора грязной посуды, в гостиной разбросаны вещи, Вячеслав сидел на диване.
— ЯВИЛАСЬ! — взвизгнула Людмила Петровна, выскакивая из спальни. — Как ты ПОСМЕЛА?
Анастасия спокойно сняла куртку, повесила её в шкаф.
— Добрый вечер, Людмила Петровна. Здравствуйте, Геннадий Павлович.
— Привет, Настя, — тесть приветливо помахал рукой.
— Не смей со мной так разговаривать! — свекровь подскочила к невестке. — Ты ОПОЗОРИЛА нашу семью! Все родственники в курсе твоей выходки!
— Какой выходки? — Анастасия прошла в гостиную. — Я отдыхала с друзьями. Поездка была запланирована три месяца назад.
— Но они же приехали! — заявил Вячеслав.
— А я не приглашала, — спокойно ответила Анастасия и достала из сумки папку. — Кстати, Слава, вот тебе подарок.
Вячеслав открыл папку. Заявление на развод.
— ЧТО ЭТО? — он резко поднялся с дивана.
— То, что ты видишь. Развод. Я подаю документы завтра.
— Настя, ты с ума сошла? — Людмила Петровна схватилась за сердце. — Из-за какой-то обиды?
— Не из-за обиды, — Анастасия села в кресло. — Из-за НЕУВАЖЕНИЯ. Из-за того, что мой муж позволяет меня унижать. Из-за того, что моё мнение никого не волнует. Из-за того, что я должна прислуживать людям, которые меня презирают.
— Никто тебя не презирает! — возмутилась свекровь.
— Правда? А кто полгода назад при гостях рассказывал, что Светлана была бы лучшей женой для Славы? Кто критиковал мою стряпню, хотя сама максимум яичницу может сделать? Кто говорил, что я плохая жена и недостойна такого чудного сына?
— Я хотела как лучше!
— ДЛЯ КОГО ЛУЧШЕ? — Анастасия повысила голос. — Для себя! Вам нужна была служанка, а не невестка!
— Настя, успокойся, — Вячеслав подошёл к жене.
— НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ! — она отшатнулась. — И вообще, УБИРАЙТЕСЬ ВСЕ ИЗ МОЕЙ КВАРТИРЫ!
— Как из твоей? — опешил Вячеслав.
— А ты забыл? Квартира оформлена на мою маму. Мы тут живём, потому что она разрешила. Но теперь — ВОН!
— Ты не имеешь права! — завопила Людмила Петровна.
— ИМЕЮ! — Анастасия поднялась. — Это МОЙ дом! Моя мама дала нам жильё, а не вы! И я больше не потерплю тут вашего хамства!
— Слава, сделай что-нибудь! — свекровь дёргала сына за рукав.
— Настя, давай поговорим спокойно…
— Поговорим? СЕЙЧАС ты хочешь поговорить? Где ты был, когда твоя мамаша унижала меня? Молчал! Где ты был, когда она довела меня до слёз? Утешал её, а не меня! ТАК ПОШЁЛ ТЫ К ЧЁРТУ!
— Не смей так со мной разговаривать! — Вячеслав схватил её за плечи.
ПОЩЁЧИНА. Звонкая, сильная. Вячеслав отшатнулся, держась за щёку.
— Ещё раз тронешь — милицию вызову, — прошипела Анастасия. — А теперь ВОН! У вас час на сборы!
***
— Она не имеет права! — Людмила Петровна металась по гостиной, собирая разбросанные вещи. — Это противозаконно!
— Имеет, — неожиданно сказал Геннадий. — Если квартира действительно её матери, то имеет полное право.
— ГЕНА!
— Я на стороне справедливости, — он встал с дивана. — Люда, ты довела девочку. Признай это.
— Я? ДОВЕЛА? Да она неблагодарная тварь!
— ХВАТИТ! — Анастасия швырнула на пол вещи мужа и те разлетелись. — Ещё одно слово — и я вызываю подруг! А они уж точно с вами не будут церемониться повыщипывают остаток волос на вашей лысой голове.
Людмила Петровна открыла рот и закрыла. Злость Анастасии была настолько осязаемой, что даже воинственная свекровь притихла.
Вячеслав пытался собрать хоть какие-то вещи, но Анастасия не пускала его в спальню.
— Только то, что в гостиной. Остальное пришлю потом.
— Настя, это же наша квартира…
— НЕТ! Это квартира МОЕЙ матери! Ты тут жил, потому что я разрешала! Теперь — НЕ РАЗРЕШАЮ!
— Куда я пойду?
— К МАМОЧКЕ! Она же такая заботливая, примет родного сына!
— У нас однокомнатная квартира! — взвыла Людмила Петровна.
— Ваши проблемы! Да катитесь вы все колбасой!
Геннадий уже стоял у двери с чемоданом.
— Настя, — сказал он тихо. — Ты молодец. Правильно делаешь.
— ГЕНА! — Людмила Петровна едва не задохнулась от возмущения.
— Что «Гена»? Тридцать лет терплю твои выходки, хватит. Девочка права — ты невыносима. Я поеду к брату, у него дача за городом. А ты с сыночком разбирайтесь сами.
— Ты… ты не можешь меня бросить!
— Могу и делаю. Настя показала мне, что терпеть можно не всё. Развод я тоже подам, — он усмехнулся и вышел.
Людмила Петровна рухнула на диван, хватаясь за сердце.
— Воды… — прохрипела она.
— В кухне кран есть, — холодно бросила Анастасия. — Времени у вас полчаса.
Вячеслав понял, что шутки кончились, когда его вещи полетели на лестничную площадку. Футболки, джинсы, носки — всё вылетало из гостиной.
— Настя, прекрати! Соседи же!
— ПЛЕВАТЬ! Пусть все знают, какой ты «заботливый» муж!
Соседи действительно начали выглядывать. Пожилая Валентина Ивановна из квартиры напротив качала головой.
— Настенька права! — крикнула она. — Я всё слышала в прошлый раз! Довели девочку!
— Никто никого не доводил! — огрызнулась Людмила Петровна.
— Ой, да заткнись ты! — неожиданно рявкнула интеллигентная соседка. — Весь подъезд от твоих воплей страдал!
Вячеслав собирал вещи с лестницы, сгорая от стыда. Мать причитала, пытаясь взывать к совести невестки, но Анастасия была непреклонна.
— ВОН! ЧТОБ ДУХУ ВАШЕГО ТУТ НЕ БЫЛО!
Когда за ними захлопнулась дверь, Анастасия села на тумбочку в прихожей и расплакалась. Но это были слёзы облегчения, не горя.
Телефон зазвонил — мама.
— Настюша, я от Марины всё знаю. Ты правильно сделала. Я горжусь тобой.
— Мам, я выгнала их…
— И отлично! Эта квартира — твой дом. Никто не имеет права тебя там унижать. Приезжай ко мне на пару дней, отдохнёшь.
— Спасибо, мам. Приеду.
***
Спустя две недели Вячеслав стоял у двери квартиры, с сумкой вещей.
— Настя, открой. Я знаю, что ты дома.
— УБИРАЙСЯ!
— Мне некуда идти! Мама сказала, что я предатель. Выгнала меня. На работе сократили — кризис. Настя, пожалуйста!
— Бумаги на развод подписал?
— Да, опустил в почтовый ящик.
— Отлично. А теперь ПРОВАЛИВАЙ! И чтоб я тебя больше не видела!
— Настя!
— Следующий звонок — в полицию! За домогательства!
Шаги удалились. Спустя несколько минут Анастасия сходила и достала из почтового ящика бумаги — всё подписано. Она улыбнулась. Впереди была новая жизнь.
А Вячеслав шёл по улице, понимая, что потерял ВСЁ. Квартиру, жену, работу, уважение матери. Людмила Петровна не простила ему, что он не смог удержать жены. Геннадий уехал к брату и на звонки жены не отвечал.
Гордыня и неуважение к близкому человеку привели к полному краху. Мамочкин сынок остался у разбитого корыта, а Анастасия начала новую, свободную жизнь.
Через месяц она получила сообщение от Геннадия Павловича: «Настя, спасибо тебе. Благодаря твоему примеру я тоже освободился. Живу у брата, рыбачу, читаю. Люда подала на развод — не смогла простить, что я тебя поддержал. Слава живёт у друга в съёмной комнате. Будь счастлива!»
Анастасия улыбнулась. Иногда нужно взорваться от злости, чтобы защитить себя. Иногда гнев — это единственное, что способно разрушить токсичные оковы.
