— Артём, подойди сюда. Сейчас.
Ксения держала его телефон в руке и смотрела на экран.
До регистрации оставалось около получаса. За дверью небольшой комнаты при ЗАГСе слышались шаги, приглушённые голоса и музыка из соседнего зала. Ксения только что поправляла серьгу перед зеркалом, когда телефон жениха, оставленный на кресле, вспыхнул от нового сообщения.
Она не собиралась читать чужую переписку. Имя отправителя и первая строка появились сами.
«Я освободила комнату, после свадьбы можете сразу перевозить мои вещи».
Сообщение прислала Галина Семёновна.
Мать Артёма.
Ксения сначала решила, что неправильно поняла смысл. Может быть, свекровь освобождала комнату у себя дома для ремонта или собиралась что-то перевозить из старой кладовки.
Но слово «после свадьбы» слишком явно связывало сообщение с ними.
Артём вошёл, поправляя манжету рубашки.
— Что случилось?
Ксения протянула телефон.
— Какие вещи твоя мама собирается перевозить после свадьбы?
Он прочитал сообщение.
Именно его лицо дало ответ раньше слов.
Артём не удивился.
Не переспросил.
Только на секунду замер, потом забрал телефон.
— Мама опять торопится.
— Куда?
— Ксюш, сейчас вообще не время.
— Поэтому я спрашиваю сейчас. Куда она собирается перевозить вещи?
Он оглянулся на дверь.
— Нас скоро позовут.
— Тем более отвечай быстрее.
Артём провёл пальцами по экрану и сунул телефон во внутренний карман пиджака.
— Мы потом спокойно поговорим.
Ксения перестала поправлять серьгу.
Ещё пять минут назад она думала, не размазалась ли тушь после ветра, и вспоминала, взял ли отец коробку с подарком для ресторана. Теперь всё это стало совершенно неважным.
— Нет. Сейчас.
Артём тяжело выдохнул.
— Мама после свадьбы поживёт у нас.
Ксения посмотрела на него.
— Где?
— У нас дома.
— В моей квартире?
— В нашей квартире.
— Артём.
Он сразу поправился:
— Хорошо, в твоей. Но мы там вместе живём.
— С какого момента твоя мать тоже там живёт?
Жених раздражённо посмотрел на часы.
— Я хотел тебе сказать.
— Когда?
Ответа не последовало.
Ксения сняла серьгу, которая всё это время мешала застёжкой, положила её на стол и села.
— Давай сначала. Твоя мама собирается переехать ко мне после регистрации?
— Не прямо сегодня.
— Это существенно?
— Через несколько дней. Может, на следующей неделе.
Значит, дело было не в внезапной идее Галины Семёновны.
Всё уже обсуждалось.
Ксения знала, что последние месяцы матери Артёма действительно приходилось непросто.
В начале лета Галина Семёновна неудачно упала возле подъезда. Перелома удалось избежать, но она сильно ушибла бедро и повредила колено. Первые недели почти не выходила из квартиры, потом начала понемногу ходить сама.
Сейчас она уже могла приготовить себе еду, принять душ, пройтись по квартире, спуститься с тростью к машине, если кто-то вёз её по делам.
Но помощь всё равно требовалась.
Нужно было принести тяжёлые покупки, вымыть полы, сменить постельное бельё, иногда сопроводить её в поликлинику или заехать за необходимыми лекарствами. Некоторые бытовые дела давались ей тяжело, особенно если приходилось долго стоять.
Ксения прекрасно это понимала.
Более того, именно она несколько раз предлагала Артёму найти приходящую помощницу.
Первый разговор произошёл ещё в июле.
Галина Семёновна тогда позвонила сыну вечером и пожаловалась, что не смогла донести пакет от магазина до квартиры. Сосед помог поднять сумку, но Ксения после звонка сказала:
— Так дальше неудобно. Найди человека, который будет приходить несколько раз в неделю.
Артём согласился.
— Да, посмотрю.
Через неделю Ксения спросила, посмотрел ли.
Оказалось, пока нет.
Потом у него была срочная работа.
Потом Галина Семёновна вроде бы почувствовала себя лучше.
Потом сестра Артёма пару раз заехала к матери и вопрос опять отложили.
Ксения не давила.
Галина Семёновна была матерью Артёма, и Ксения считала, что именно сын должен решить, как организовать ей помощь.
Теперь выяснялось, что решение он всё-таки нашёл.
Просто сообщить будущей жене забыл.
— На какой срок она переезжает? — спросила Ксения.
— Пока полностью не восстановится.
— Это сколько?
— Никто не знает.
— Месяц? Полгода?
— Не надо сейчас считать.
Ксения посмотрела на него внимательнее.
— А какая комната для неё приготовлена?
Артём снова промолчал.
У Ксении была двухкомнатная квартира.
В одной комнате они спали. Вторая служила одновременно гостевой и рабочей. Там стояли диван, письменный стол, стеллажи с документами и монитор, которым Ксения пользовалась два дня в неделю, когда работала из дома.
Она сама купила эту квартиру за несколько лет до знакомства с Артёмом.
Когда они встретились, ипотека уже была закрыта, жильё полностью принадлежало ей.
Через восемь месяцев отношений Артём переехал.
Не сразу и не по настоянию Ксении.
До этого оба жили отдельно, ночевали друг у друга, ездили вместе в короткие поездки и постепенно поняли, что готовы к совместной жизни.
После переезда Артём участвовал в общих расходах, покупал продукты, оплачивал часть счетов, однажды сам заменил сломавшуюся стиральную машину.
Ксения никогда не подчёркивала, что квартира только её.
Но оба это знали.
Ещё примерно через год Артём предложил расписаться.
Большую свадьбу не планировали. Ксения не хотела весь день ездить между фотосессиями, банкетами и родственниками, которых видела последний раз десять лет назад.
Решили проще.
Регистрация.
Потом ужин примерно на двадцать человек.
Родители, несколько родственников, ближайшие друзья.
Ксении такой вариант нравился.
Утро прошло спокойно. Она собралась дома, отец привёз её в ЗАГС, мать волновалась больше самой дочери и пять раз проверила, не забыты ли документы.
А теперь за полчаса до росписи выяснилось, что Артём подготовил к свадьбе собственный сюрприз.
— Вторая комната? — уточнила Ксения.
— Ну а куда ещё?
Она кивнула.
— Значит, мой кабинет.
— Ты же там только два дня работаешь.
— А остальные пять комната исчезает?
— Я не это сказал.
— Что именно ты сказал матери?
Артём сел напротив.
В коридоре кто-то рассмеялся. Потом раздался голос сотрудницы, приглашавшей другую пару.
— Я сказал, что после свадьбы разберёмся.
— Нет. Судя по её сообщению, ты сказал больше.
Жених нахмурился.
— Ксюша, зачем сейчас устраивать следствие?
— Потому что мне предлагают зарегистрировать брак с человеком, который уже расселяет мою квартиру.
Эта фраза его задела.
— Я никого не расселяю.
— Тогда почему твоя мама освободила комнату?
Артём посмотрел в сторону двери.
— Я сказал, что она сможет переехать.
Вот теперь всё стало окончательно ясно.
Ксения откинулась на спинку кресла.
— Когда?
— Недели две назад.
— А мне почему не сказал?
— Мы постоянно были заняты свадьбой.
Ксения даже не улыбнулась.
Подготовка к их регистрации занимала минимум времени. Выбрать ресторан, заказать небольшой букет, уточнить меню, подобрать одежду.
Никаких недель бесконечной организации у них не было.
— Неудачная версия.
Артём помолчал.
Потом сказал:
— Я просто не хотел перед свадьбой поднимать бытовую тему.
— Но решение принял.
— Маме нужна помощь.
— Это я знаю.
— Тогда в чём проблема?
Ксения почувствовала, как лицо стало горячим.
Не от самой идеи ухода за пожилой женщиной.
Её злила лёгкость, с которой Артём говорил о решении, уже принятом за её спиной.
— Расскажи полностью, что ты придумал.
Он встал, прошёлся до окна и обратно.
— Мама поживёт с нами. Ты два дня работаешь дома. Сможешь в эти дни посмотреть, всё ли нормально. Еду всё равно готовим. В магазин всё равно ходим. Я вечером буду помогать.
Ксения смотрела на него, не перебивая.
— И всё?
— Что всё?
— Уборка?
— Ну вместе.
— Поликлиника?
— Там по ситуации.
— Лекарства?
— Просто следить, чтобы не забывала.
— То есть ты уже распределил, чем я буду заниматься.
— Я ничего не распределял.
Ксения молча указала на его телефон.
Артём сжал челюсть.
— Мама не беспомощная.
— Я знаю.
— Она сама ходит.
— Я тоже знаю.
— Значит, ты преувеличиваешь.
— А ты поэтому искал для неё помощницу три месяца?
Он не ответил.
Ксения встала.
На спинке кресла висело её светлое пальто. Она сняла его, но пока не надела.
— Ты говорил маме, что я согласна?
— Не такими словами.
— Какими?
— Что после свадьбы ты будешь относиться к ней по-другому.
— Как именно?
Артём явно пожалел, что разговор вообще начался.
— Как к семье.
— Дальше.
— Ничего дальше.
Ксения не поверила.
— Артём.
Он раздражённо выдохнул.
— Я сказал, что незачем платить чужому человеку, если мы можем справиться сами.
Теперь всё встало на место.
Помощница не была забыта.
Не было никаких слишком сложных поисков.
Артём просто решил, что услуга, за которую пришлось бы платить, после свадьбы появится у его матери бесплатно.
— «Мы» — это кто?
— Опять начинаешь.
— Я конкретно спрашиваю. Ты весь день на работе. Твоя мать будет находиться дома со мной. Кто из нас двоих становится этим самым «мы»?
Артём снова посмотрел на часы.
— Через двадцать минут регистрация.
— Я вижу.
— Можно хотя бы сейчас это прекратить?
Ксения надела пальто.
Он удивился.
— Ты куда?
— Пока никуда.
Она застегнула нижнюю пуговицу.
— Просто мне стало прохладно.
На самом деле в комнате было тепло.
Но свадебное настроение исчезло так быстро, будто его выключили вместе со светом.
Ксения подошла к окну.
Перед зданием ЗАГСа стояли несколько машин. Возле одной фотограф снимал молодожёнов. Невеста смеялась, придерживая фату от ветра.
Сегодня утром Ксения думала, что к вечеру они с Артёмом тоже будут рассматривать фотографии, слушать поздравления и спорить, кто заказал слишком много еды.
Теперь она пыталась понять, собирается ли через двадцать минут выйти замуж.
— Я предлагала тебе помощницу, — сказала она.
— Помню.
— Почему не нашёл?
— Потому что это дорого.
— Ты узнавал?
Пауза оказалась достаточно длинной.
Ксения повернулась.
— Так узнавал?
— Да.
Вот это было новым.
— Когда?
— Недавно.
— И мне опять не сказал.
— А зачем?
— Ты три месяца говорил, что ещё ничего не смотрел.
— Сначала не смотрел. Потом посмотрел.
— И?
Артём пожал плечами.
— Регулярно получается прилично.
Ксения подошла ближе.
— Насколько регулярно?
— Несколько раз в неделю.
— Сколько часов?
— По-разному.
— Значит, ты всё выяснил.
— Да.
— И решил не платить.
— Не вижу смысла, если мама будет жить с нами.
В слове «нами» снова появилась та же удобная расплывчатость.
Ксения решила убрать её.
— Сиделку для своей мамы ищи сам. Я в жёны иду, а не в бесплатные санитарки.
Артём резко нахмурился.
— Вот это уже мерзко.
— Что именно?
— Ты прекрасно знаешь, что мама не нуждается в санитарке.
— Хорошо. Назовём помощницей.
— Да ничего там особенного делать не надо! Приготовить иногда, прибраться, напомнить таблетки, в поликлинику съездить. Всё.
— Прекрасно.
Ксения взяла со стола свою сумочку.
— Тогда будешь делать сам.
— Я работаю.
— До работы заезжаешь к матери. После работы привозишь продукты, убираешь. Если нужно ехать с ней по делам — берёшь отгул.
Артём посмотрел на неё так, будто предложение совершенно не соответствовало реальности.
— Ты понимаешь, что у меня график?
— Понимаю.
— Я не могу среди рабочего дня ездить по поликлиникам.
— Именно.
— Что именно?
— Ты только что перечислил обязанности, которые назвал почти незаметными. Но выполнять их сам не можешь.
— У тебя другой режим.
— У меня работа.
— Два дня из дома.
— Из дома я работаю, Артём. Не сижу в ожидании хозяйственных поручений.
Он раздражённо провёл рукой по волосам.
— Мы сейчас специально доводим всё до абсурда?
— Нет. Я пытаюсь понять, почему невозможное для тебя стало обязательным для меня ещё до того, как я об этом узнала.
В коридоре появились шаги.
Дверь приоткрылась, и сотрудница ЗАГСа заглянула внутрь.
— Артём и Ксения?
— Да, — быстро ответил он.
— Минут через пятнадцать будем приглашать. Документы у вас?
— Да.
— Хорошо.
Дверь закрылась.
Артём сразу повернулся к Ксении.
— Всё. Давай остановимся. Вечером спокойно обсудим.
— После росписи?
— Да.
— Именно поэтому ты молчал?
Он не ответил.
Ксения почувствовала, как внутри окончательно складывается неприятная картина.
— Ты специально собирался сказать после регистрации?
— Не специально.
— Тогда когда?
— Ну вечером, завтра… Какая разница?
— Большая.
— Я просто не хотел портить свадьбу бытовыми проблемами.
— Поэтому решил поставить меня перед фактом уже после неё.
— Я рассчитывал, что тогда ты спокойнее отнесёшься.
Фраза вырвалась у него быстро.
Артём сам понял, что сказал лишнее.
Ксения замерла.
Вот этого она и пыталась добиться последние двадцать минут.
Не узнать, сколько вещей у Галины Семёновны.
Не выяснить, где поставят кровать.
А понять, почему жених скрывал всё до последнего.
Теперь причина была названа.
Он хотел сначала оформить отношения.
А потом сообщить о новой хозяйке второй комнаты и обязанностях, которые уже придумал для жены.
— То есть до свадьбы я могла отказаться.
— Ксюша, не надо.
— А после, по твоему расчёту, уже стала бы сговорчивее.
— Я не так это планировал.
— Именно так ты сейчас и сказал.
Артём подошёл к ней.
— Хорошо. Ошибся. Надо было поговорить раньше.
— Надо было.
— Поговорили. Мама пока никуда не переезжает.
Слово «пока» Ксения заметила сразу.
Но теперь дело было уже не в Галине Семёновне.
Ксения открыла сумочку и проверила документы.
Паспорт лежал на месте.
— Куда ты собралась?
— К сотруднице.
— Зачем?
Она посмотрела на него.
— Отменить регистрацию.
Артём несколько секунд ничего не говорил.
Потом усмехнулся, решив, что она пытается добиться от него окончательной уступки.
— Всё, понял. Мама не переедет.
— Я услышала.
— Тогда зачем этот спектакль?
Ксения открыла дверь.
— Это не спектакль.
В коридоре было прохладнее.
Сотрудницу, которая заходила к ним, Ксения нашла возле стойки.
— Извините.
Женщина подняла голову.
— Да?
— Регистрации не будет.
Та внимательно посмотрела на Ксению.
— Вы уверены?
— Да.
— Оба?
Артём уже подошёл сзади.
— Подождите. Мы сейчас…
Ксения перебила:
— Я не согласна регистрировать брак сегодня.
Сотрудница не стала вмешиваться.
Спокойно уточнила организационные детали и сказала, что делать дальше.
Никаких сцен не последовало.
Никто не выводил Ксению из здания.
Никто не требовал объяснений.
Одна подпись в нужном месте, несколько формальностей — и время, которое ещё утром значилось временем их регистрации, стало просто свободным окном в расписании.
Артём до последнего не верил.
— Ты реально это делаешь?
Ксения набрала номер матери.
Та ответила сразу.
— Ксюша, вы скоро? Отец уже…
— Мам, в ресторан не езжайте.
— Что случилось?
— Регистрацию отменили.
На другом конце наступила тишина.
— Ты где?
— В ЗАГСе. Всё нормально. Я потом объясню.
— Мы за тобой приехать?
Ксения посмотрела на Артёма.
— Нет. Я сама.
Она отключилась.
Только тогда жених перестал воспринимать происходящее как способ давления.
— Ты сейчас из-за мамы свадьбу сорвала?
— Нет.
— А из-за чего?
Ксения надела перчатки.
— Из-за тебя.
Они вышли на улицу.
День был пасмурный, ветреный. Возле ступеней фотограф продолжал снимать другую пару, люди проходили мимо, кто-то держал цветы, кто-то разговаривал по телефону.
Жизнь вокруг совершенно не изменилась из-за того, что у Ксении сегодня не случилось свадьбы.
Артём догнал её возле машины.
— Постой.
Она остановилась.
— Давай перенесём роспись.
— Куда?
— Через месяц. Через два. Когда всё успокоится.
— Что должно успокоиться?
— Эта ситуация.
— Она совершенно спокойная.
— Я обещаю, что мама не переедет без твоего согласия.
Ксения посмотрела на него.
— Ты до сих пор думаешь, что проблема в её чемоданах.
— А в чём ещё?
— Ты две недели обсуждал с ней переезд в мою квартиру.
Артём хотел ответить, но Ксения подняла ладонь.
— Ты выяснил стоимость помощи. Решил, что платить жалко. Придумал, что заниматься мамой буду я. Рассказал ей об этом. И решил молчать до свадьбы, потому что после регистрации мне будет сложнее отказаться.
Он нахмурился.
— Я не говорил, что тебе будет сложнее.
— Ты сказал, что после росписи я отнесусь спокойнее.
— Я рассчитывал, что ты поймёшь.
— Вот я и поняла.
Ксения открыла машину.
— Поезжай в ресторан. Предупреди своих.
— А ты?
— Домой.
— Мы же живём вместе.
— Пока да.
Он посмотрел на неё.
Ксения не собиралась сейчас решать за один разговор всё будущее.
Соберёт ли Артём вещи сегодня.
Останется ли у неё ещё несколько дней.
Попробуют ли они сохранить отношения.
Эти решения можно было принять позже.
Одно решение она уже приняла.
Сегодня замуж она не выйдет.
Вечером Артём вернулся в квартиру около девяти.
Ксения уже сняла платье, убрала украшения в коробку и сложила документы в ящик.
Платье висело на плечиках на дверце шкафа.
Она не прятала его и не хотела выбрасывать.
Это была просто вещь, купленная к дню, который сложился иначе.
Артём прошёл на кухню.
— Родителям объяснил.
— Хорошо.
— Мама тоже знает.
Ксения кивнула.
— Что сказала?
— Лучше не надо.
— Согласна.
Он сел.
— Я сегодня к ней заеду.
— Зачем?
— Надо решать, что делать дальше.
Вот это Ксения впервые за весь день сочла разумным.
— Да.
— Я позвонил двоюродной сестре. Она сможет приезжать по средам. Я — по выходным.
— Хорошо.
— И завтра ещё посмотрю помощниц.
Ксения ничего не сказала.
Артём ждал реакции.
Раньше она, вероятно, похвалила бы его за то, что вопрос наконец сдвинулся.
Сегодня не хотелось.
Он занимался собственной матерью.
Это не было подвигом.
— А по поводу нас? — спросил он.
— Пока ничего.
— Совсем?
— Артём, сегодня утром я думала, что через несколько часов мы будем мужем и женой. А за полчаса до регистрации узнала, что ты приготовил мне новую жизнь и решил рассказать о ней потом. Дай мне хотя бы несколько дней ничего не решать.
Он кивнул.
В тот вечер Артём собрал небольшую сумку и уехал к матери.
Ксения его не выгоняла.
Он сам сказал, что так будет лучше.
Следующие несколько дней они почти не общались.
Только по необходимым вопросам.
Во вторник Артём забрал рабочую одежду.
В четверг написал, что нашёл приходящую помощницу.
Ксения прочитала сообщение и ничего не ответила.
У Галины Семёновны тем временем действительно появился нормальный график.
По понедельникам и четвергам приходила женщина, которая помогала с уборкой, меняла постельное бельё, покупала тяжёлые продукты и могла провести несколько часов рядом.
По средам заезжала племянница Галины Семёновны.
Артём взял на себя выходные и поездки по важным делам.
Ещё часть покупок стали заказывать с доставкой.
Некоторые вещи, которые раньше казались семье сложными, вообще решились за несколько телефонных звонков.
В конце недели Галина Семёновна впервые позвонила Ксении сама.
— Я не собиралась становиться причиной вашей ссоры.
Ксения стояла возле окна и смотрела, как во дворе мужчина складывает пакеты в багажник.
— Вы не причина.
— Артём сказал, что ты не знала про переезд.
— Не знала.
Галина Семёновна помолчала.
— Я была уверена, что он с тобой всё обсудил.
— Нет.
— Он сказал, что после свадьбы будет проще.
Вот тут Ксения заинтересовалась.
— Проще кому?
— Всем.
Ответ был предсказуемым.
Ксения не стала разбирать его по частям.
— Теперь помощь вам организовали?
— Да.
— Хорошо.
— Только дорого получается.
— Это лучше обсуждать с Артёмом.
Свекровь поняла.
— Ладно.
На этом разговор закончился.
Без примирительных речей и без взаимных обвинений.
Через девять дней Артём попросил встретиться.
Ксения согласилась.
Они увиделись в том самом кафе, где иногда завтракали по выходным.
Он пришёл раньше.
Ксения сняла пальто и села напротив.
— Как мама?
— Лучше. Уже сама ходила в магазин возле дома.
— Хорошо.
Артём кивнул.
Несколько секунд оба молчали.
— Я всё-таки хочу извиниться, — сказал он.
Ксения не перебивала.
— Не за то, что предложил ей переехать. Само по себе это можно было обсудить. Я понял. Я должен был сначала поговорить с тобой.
— Да.
— И вообще не должен был говорить ей, что всё получится, пока ты ничего не знала.
Ксения смотрела на него.
Это было уже ближе к сути.
— Почему ты не сказал сразу?
Артём опустил взгляд на стол.
— Потому что думал, что ты откажешься.
Ксения слегка наклонила голову.
— Вот.
— Я знаю.
— Значит, ты понимал, что мне это не понравится.
— Да.
— И поэтому решил сначала расписаться.
Он не стал спорить.
— Наверное, да.
Это признание Ксения оценила больше всех предыдущих попыток объяснить ситуацию заботой о матери.
Потому что хотя бы сейчас Артём не выкручивался.
— Ты понимаешь, почему я ушла?
— Теперь понимаю.
— Хорошо.
Он поднял глаза.
— А дальше?
Ксения взяла чашку.
— Не знаю.
— Ты вообще хочешь попробовать?
— Возможно.
Артём явно ждал большего.
Не получил.
— Я не собираюсь назначать новую дату через месяц, — продолжила Ксения. — И через два тоже.
— Хорошо.
— И возвращаться домой тебе пока рано.
Он кивнул.
— Хорошо.
На этот раз никаких торгов не последовало.
Это тоже было новым.
Артём продолжил жить у матери.
Не потому, что Галина Семёновна уже не могла обходиться без него. Скорее наоборот: с приходящей помощницей и распределёнными между родственниками делами её быт стал гораздо спокойнее.
Зато сын впервые увидел весь объём того, что собирался незаметно передать Ксении.
В понедельник нужно было получить лекарства.
Во вторник приехал мастер проверить стиральную машину.
В среду мать попросила забрать заказ.
В пятницу понадобилось отвезти её на обследование.
Каждое дело само по себе занимало немного времени.
Но вместе они требовали постоянного внимания.
Через две недели Артём встретил Ксению после работы.
Они прошлись до парковки.
— Я теперь понимаю одну вещь, — сказал он.
— Какую?
— Почему помощница стоит денег.
Ксения посмотрела на него.
— Наконец-то.
Он усмехнулся.
— Да.
— И?
— И я был идиотом.
— Слишком удобная формулировка.
— Хорошо. Я был жадным идиотом.
Ксения рассмеялась впервые за последние две недели.
Артём тоже.
Он не попросился домой.
Не заговорил о новой регистрации.
Просто помог донести пакет до машины и уехал.
Через месяц Галина Семёновна уже заметно увереннее ходила сама. Помощницу оставили два раза в неделю, потому что такой вариант оказался удобным всем.
Артём вернулся в свою съёмную квартиру, которую нашёл недалеко от работы.
Ксения не предлагала ему снова переехать к ней.
Иногда они встречались.
Иногда проводили вместе выходные.
Однажды Артём принёс продукты и приготовил ужин у неё дома.
Вторая комната оставалась кабинетом.
Никаких коробок Галины Семёновны там не появилось.
В конце ноября Артём заехал вечером забрать зарядное устройство, которое оставил накануне.
Ксения работала за столом в той самой комнате.
Он остановился в дверях.
— Не мешаю?
— Через десять минут закончу.
— Я подожду на кухне.
Он ушёл, не заходя внутрь.
Ксения закончила письмо, закрыла ноутбук и вышла.
Артём сидел за столом с телефоном.
— Мама сегодня спрашивала, когда мы снова в ЗАГС.
Ксения открыла холодильник.
— И что ты ответил?
— Что не знаю.
— Правильно.
— Ей не понравилось.
— Переживёт.
Артём улыбнулся.
— Уже учусь.
Он поднялся, забрал зарядку и надел куртку.
Возле двери задержался.
— Увидимся в субботу?
— Увидимся.
— Заеду в два.
— Хорошо.
Он ушёл.
Ксения закрыла дверь и вернулась в комнату за ноутбуком.
На кресле, где несколько месяцев назад мог бы стоять чемодан Галины Семёновны, лежала стопка рабочих документов.
Телефон коротко завибрировал.
Сообщение от Артёма:
«Мама прислала мне расписание своих врачей на декабрь. На этот раз сначала открываю свой календарь».
Ксения прочитала и улыбнулась.
«Прогресс», — ответила она.
И убрала телефон.
