Надежда сначала решила, что муж перепутал квартиру с обувным магазином.
В прихожей вдоль стены стояли шесть пар совершенно новых домашних тапочек: пять серых разных размеров и одни маленькие зелёные, с динозаврами на носах.
Надежда поставила пакет с продуктами на банкетку и пересчитала ещё раз.
Шесть.
Из кухни выглянул Артём.
— Ты чего там застыла?
— Пытаюсь понять, что произошло. Мы открываем сауну?
— Какие ещё сауна?
Надежда молча показала на тапочки.
Артём посмотрел туда так, будто впервые их увидел.
— А. Эти.
И снова исчез на кухне.
Вот именно это спокойное «эти» Надежде не понравилось больше всего.
Она сняла куртку и пошла следом.
— Артём, кто к нам приходит в количестве шести человек и почему двое из них, судя по обуви, ещё ходят в школу?
Муж помешивал макароны и старательно интересовался исключительно кастрюлей.
— Да Инка собирается приехать.
— Я знаю. Ты говорил.
Об этом Артём сообщил ещё вчера. Его старшая сестра Инна жила с семьёй в небольшом городе километрах в шестистах от Москвы. В столицу они выбирались нечасто, поэтому Надежда даже обрадовалась. Можно было вместе сходить куда-нибудь, вечером посидеть, детей сводить на Красную площадь.
Она именно так и представляла себе семейный визит.
Люди приезжают в Москву. Люди где-то живут. Потом люди встречаются с московскими родственниками.
Ничего сложного.
— Ну вот, — сказал Артём. — Чтобы по дому босиком не ходили.
— По какому дому?
Он наконец обернулся.
— Надь, ну что ты начинаешь?
Эта фраза всегда означала, что начинать как раз было из-за чего.
Они прожили вместе восемь лет. Надежде было сорок четыре, Артёму — сорок шесть. Квартира принадлежала Надежде: обычная московская трёшка, оставшаяся ей от родителей ещё до брака.
Никаких гостевых крыльев и западного флигеля в ней не имелось.
Одна комната была их спальней. Во второй жила семнадцатилетняя Лера, Надеждина дочь от первого брака. Третья служила кабинетом. Надежда работала бухгалтером и три дня в неделю работала из дома.
Кухня была просторная — чуть больше тринадцати метров. Там даже стоял небольшой диванчик. Но до гостиницы кухня всё-таки не дотягивала.
Надежда посмотрела на тапочки ещё раз.
— Они где остановятся?
— Ну…
Артём выключил плиту.
— У нас.
Вот теперь всё стало на свои места.
Кроме родственников.
Для родственников, судя по всему, места ещё только предстояло придумать.
На следующий день Надежда работала дома и около обеда услышала подозрительное шуршание в кабинете.
Артём взял отгул и, как выяснилось, занимался инженерными изысканиями.
Он стоял между диваном и книжным шкафом с рулеткой.
— Семьдесят восемь, — пробормотал он.
— Что семьдесят восемь?
Артём вздрогнул.
— Ничего.
— Ты пространство вокруг моего дивана просто из научного интереса измеряешь?
— Я прикидываю.
— Что?
Муж свернул рулетку.
— Матрас сюда войдёт.
Надежда посмотрела на компьютерный стол, два монитора, тумбу с рабочими документами, принтер и диван у стены.
— Какой матрас?
Через два часа ответ появился сам.
Курьер привёз два надувных матраса, насос и упаковку одноразовых стаканов.
Надежда открыла дверь, посмотрела на коробки и спросила:
— Может, сразу табличку «Хостел Артемий» заказать?
— Надь…
— Мне просто интересно, будет ли завтрак включён.
Артём перенёс коробки в спальню.
Вечером состоялось уже официальное совещание.
Оказалось, Инна действительно собиралась приехать с мужем Сергеем и двумя детьми — одиннадцатилетним Мишей и девятилетней Катей.
Это Надежда знала.
Не знала она другого.
— Валентина Петровна тоже едет, — сказал Артём.
— Мама Сергея?
— Да. Ей всё равно в Москву в клинику надо.
— Хорошо. Пять человек.
— Шесть.
Надежда даже не стала спрашивать. Просто ждала.
— Полина с ними будет.
Полиной оказалась двадцатилетняя племянница Инны и Артёма, дочь их младшего брата. Девушка училась в колледже и давно хотела съездить в Москву.
— Отлично, — сказала Надежда. — Теперь расскажи мне самое интересное. Где именно в трёх комнатах ты разместил шесть гостей и трёх хозяев?
У Артёма, как выяснилось, уже существовал подробный план.
Причём существовал давно.
Они с Надеждой оставались в спальне.
Инна с Сергеем должны были спать в комнате Леры.
Миша и Катя — на надувных матрасах в кабинете.
Валентина Петровна размещалась на кухонном диване.
Для Полины Артём собирался позаимствовать у коллеги раскладушку и поставить её там же.
Надежда некоторое время молчала.
Не потому, что ей нечего было сказать.
Она пыталась понять, какую часть плана обсуждать первой.
— А Лера?
— К Маше пойдёт на несколько дней.
— К какой Маше?
— К подруге своей.
— Артём, ты с Лерой разговаривал?
— Пока нет.
— С Машей?
— Нет.
— С родителями Маши?
Он нахмурился.
— Надь, ну чего ты цепляешься? Они же подруги.
В дверь кухни заглянула Лера, до этого мирно делавшая чай.
— Я никуда не пойду.
Артём повернулся.
— Мы тебя и не выгоняем.
— Вы буквально только что обсуждали, куда меня отправить.
— Лер, пять ночей.
— У Маши бабушка сейчас живёт.
Надежда посмотрела на мужа.
— Прекрасно. Один пункт плана уже отменяется по техническим причинам. Дальше кабинет.
— Детей положим там.
— В понедельник у меня дистанционная проверка.
На работе Надежда вела бухгалтерию нескольких небольших фирм. Именно на понедельник назначили проверку по одному из клиентов: видеосвязь, документы, сверка операций. Начиналась она в девять утра, а закончиться могла и после обеда.
— Дети же не круглые сутки там будут, — сказал Артём.
— В девять утра они где будут?
— Позавтракают.
— На кухне, где спят ещё два человека?
Артём замолчал.
Пока его план прекрасно работал только в одном случае: если ни одному из девяти человек не требовалось одновременно спать, есть, работать, мыться и вообще существовать.
Но главная проблема даже была не в тесноте.
Надежда могла бы пережить одну ночь гостей. Когда поезд поздний, гостиницу брать глупо, утром люди уехали дальше — бывает.
Здесь же муж заранее распорядился её кабинетом и комнатой Леры, даже не подумав, что живущие в квартире люди могут иметь собственные планы.
— Почему ты сразу мне не сказал, что пригласил их к нам?
— Я не приглашал в таком смысле.
— А в каком?
Артём пожал плечами.
— Сказал Инке, чтобы не тратились на гостиницу. У нас трёшка.
Надежда огляделась.
— Очень интересно. Ты когда говоришь людям «у нас трёшка», они представляют три свободные спальни?
— Ты утрируешь.
— Пока нет. Но если к дивану поставить второй ярус, могу начать.
Артём обиделся.
Он вырос совсем иначе. В его семье родственников действительно принимали без особых церемоний. На свадьбы приезжали двоюродные тётки, спали на раскладушках, дети укладывались поперёк диванов, утром кто-нибудь обязательно искал носки за батареей.
Для него это было не нарушением границ, а доказательством близости.
Надежда это понимала.
Но понимание не увеличивало количество комнат.
— Я просто хотел нормально принять сестру, — сказал он уже спокойнее.
— Принимай. Я не против Инны.
— По тебе не скажешь.
— Я против того, что ты сначала всех разместил, а потом сообщил мне.
Артём ушёл смотреть телевизор.
Надежда открыла ноутбук.
Через десять минут она нашла двухкомнатную квартиру в пятнадцати минутах ходьбы от их дома. Две изолированные комнаты, пять обычных спальных мест плюс раскладной диван, кухня, стиральная машина.
И свободна как раз на нужные пять ночей.
Она повернула экран к Артёму.
— Вот.
Он посмотрел цену.
— Тридцать одна тысяча двести?!
— За пять ночей на шестерых в Москве.
— Нормально так погуляли.
— Зато никто не спит возле холодильника.
Артём откинулся на диване.
— Они специально едут бюджетно.
— Артём, бюджетно и бесплатно — не одно и то же.
Тогда и выяснилось, что поездка Инны была совсем не простым семейным туризмом.
Сергей несколько месяцев присматривал машину и нашёл в Москве три подходящих варианта. Договорился о просмотрах в разные дни, чтобы не ехать шестьсот километров ради одного автомобиля.
Дети давно просились в музей космонавтики и на ВДНХ.
Полина составила список магазинов примерно такой длины, будто в её родном городе одежду перестали продавать.
А Валентина Петровна получила направление на консультацию в московскую клинику.
— То есть они будут здесь четыре полных дня, — уточнила Надежда.
— Ну да.
— И машину смотреть будут?
— Сергей.
— Клинику?
— В пятницу.
— Музеи?
— В субботу.
Надежда кивнула.
— Это не гости, Артём. Это организованная экспедиция.
Муж всё ещё пытался спасти хотя бы часть своего замысла.
— Хорошо. Давай Инка с детьми у нас. Серёга с матерью и Полиной снимут что-нибудь.
— А смысл?
— Трое — не шестеро.
— А утром?
— Что утром?
— Инна встанет. Дети встанут. Сергей придёт за ними. Его мама, скорее всего, тоже зайдёт. Полина подтянется. Ты будешь варить кофе. Я буду искать, куда делось чистое полотенце. Катя будет крутиться на моём рабочем кресле, Миша искать зарядку, а потом мы все дружно сделаем вид, что я прекрасно работаю.
— Почему ты сразу предполагаешь худшее?
— Потому что я была ребёнком и знаю, что офисное кресло существует для гонок.
Лера из своей комнаты крикнула:
— Подтверждаю!
Артём нахмурился в сторону коридора.
— У нас тут взрослый разговор!
— Тогда дверь закройте, у вас слышимость как в электричке!
Надежда рассмеялась.
Напряжение немного спало.
Но решение она менять не собиралась.
Окончательно всё стало ясно вечером.
Позвонила Инна.
Артём разговаривал с ней на кухне, включив громкую связь, потому что одновременно резал хлеб.
— Мы в четверг часам к восьми будем, — сказала Инна. — Если без пробок.
— Давайте.
— Серёжка ещё стол хочет взять.
Артём перестал резать.
— Какой стол?
— Складной маленький. Для детей. А то неудобно будет всем на кухне.
Надежда медленно повернула голову.
Инна продолжала:
— Он в багажник помещается. Мы его летом на природу берём.
— Инн, не надо пока стол.
— Почему?
Надежда прикрыла рот ладонью, но всё равно засмеялась.
Артём посмотрел на неё укоризненно.
— Чего ты?
— Ничего. Просто до стола я ещё надеялась, что это гости. А теперь понятно: вы открываете здесь филиал семьи.
Даже Инна рассмеялась в телефон.
После звонка Надежда достала из холодильника сыр, положила на доску и сказала:
— Давай договоримся сейчас, чтобы потом никто ни на кого не злился.
Артём молчал.
— Они могут приходить к нам. Хоть каждый день. Ужинать, пить чай, сидеть до вечера. Могут оставить пакеты, если по магазинам пойдут. Валентина Петровна перед клиникой может спокойно здесь отдохнуть. Но ночевать шесть человек здесь не будут.
— То есть совсем никак?
— Совсем. Лера остаётся в своей комнате. Я работаю в кабинете. На кухне никто не ночует.
— Очень гостеприимно.
Надежда отложила нож.
— Весной Светка приезжала на концерт.
Светлана была её двоюродной сестрой из Ярославля.
— И что?
— Она сняла гостиницу.
— Она одна приезжала.
— Именно. Один человек. И я даже ей не сказала: «Свет, зачем гостиница, ложись между принтером и шкафом».
Артём усмехнулся, но быстро сделал серьёзное лицо.
— Тут другое.
— Почему?
Ответа у него не нашлось.
На самом деле Надежда давно заметила эту семейную особенность: когда речь шла о её родственниках, Артём прекрасно понимал слова «заранее договориться». Когда о своих — внезапно появлялась категория «ну мы же семья».
— Мне теперь Инке звонить и говорить: извини, Надя вас не пустила?
— Нет. Позвони и скажи правду. Ты решил, что места хватит, не обсудив со мной и Лерой. Потом выяснилось, что не хватает.
— Красиво.
— Зато честно.
Разговор с сестрой Артём откладывал до следующего дня.
Потом ещё до обеда.
Наконец около четырёх часов ушёл с телефоном в спальню.
Вернулся минут через пятнадцать.
Надежда подняла глаза от компьютера.
— Ну?
— Нормально.
— Что нормально?
— Инка вообще сказала, что они изначально гостиницу собирались брать.
Надежда сняла очки.
— Что?
— Я сам сказал, чтобы не бронировали.
Вот это уже было интересно.
Выяснилось, что Инна ещё месяц назад смотрела гостиницу возле метро. Артём узнал цену и возмутился.
«Вы что, чужие, что ли? У нас места полно».
Инна даже переспросила, точно ли они никому не помешают.
Артём уверенно заявил, что всё устроит.
— Почему ты мне тогда ничего не сказал?
Он потёр ладонью подбородок.
— Думал, чего обсуждать. Четыре дня как-нибудь разместимся.
— Ты разместился отлично. Особенно удачно у тебя получилось с Лерой.
— Да понял я уже.
Вечером Артём снова открыл объявление с квартирой.
Она ещё была свободна.
— Бронируй, — сказал он.
— Я?
— Ладно. Сам.
Он несколько минут возился с телефоном.
— Инка с Сергеем половину переведут.
— А вторую?
— Я.
Надежда посмотрела на него.
— Из общих?
— Нет.
У них не было жёсткого раздельного бюджета, но после обязательных домашних расходов у каждого оставались личные деньги. Артём откладывал часть зарплаты на рыбалку, инструменты и автомобильные расходы.
Именно оттуда он и заплатил свои пятнадцать тысяч шестьсот рублей.
Надежда не стала предлагать половину.
Это был тот редкий случай, когда последствия прекрасно объясняли ошибку без дополнительных лекций.
В четверг родственники приехали около половины девятого вечера.
Первой в квартиру вошла Катя, увидела зелёные тапочки с динозаврами и немедленно заявила:
— Эти мои.
— Я даже не сомневалась, — сказала Надежда.
За ней появился Сергей с пакетом еды, Инна с дорожной сумкой, Полина, Миша и Валентина Петровна.
Никаких претензий никто не предъявлял.
Напротив, Инна, пока снимала пальто, тихо сказала Надежде:
— Я ему сразу говорила, что девять человек в трёшке — это уже не гости, а эвакуация.
Надежда посмотрела на Артёма.
Тот сделал вид, что очень занят застёжкой куртки.
Съёмная квартира родственникам понравилась даже больше, чем ожидали.
У Инны с Сергеем была отдельная комната.
Валентина Петровна получила вторую и могла спокойно лечь пораньше после клиники.
Полина спала на раскладном диване.
Детям хозяева предоставили две отдельные кровати в небольшой проходной зоне, которую на фотографиях Сергей сначала счёл бесполезной.
Сам Сергей был особенно счастлив, когда обнаружил парковочное место во дворе.
— Всё, — сказал он Артёму. — Даже если машину куплю, место есть. А у вас я бы три вечера вокруг дома круги нарезал.
Первый день прошёл у всех по своим делам.
Сергей ездил смотреть автомобили.
Валентина Петровна с Инной была в клинике.
Полина отправилась по магазинам.
Надежда работала.
Лера спокойно сидела у себя, а не пыталась выяснить, почему вместо её кровати на пять ночей у неё появилась абстрактная «подруга Маша».
В субботу всей компанией поехали на ВДНХ.
Вечером собрались у Надежды.
Вот это уже действительно было приятно.
Она приготовила мясо в духовке, Инна привезла салаты, Сергей купил пироги, Валентина Петровна принесла коробку конфет, а дети спорили, кто первым будет показывать Лере фотографии.
Никто никуда не торопился.
Никому не требовалось в одиннадцать вечера надувать матрас.
Не нужно было думать, как пройти ночью к холодильнику, не наступив на Полину.
Около половины одиннадцатого Инна поднялась.
— Всё, поедем.
— Куда вы в такую рань? — по привычке спросил Артём.
Сергей посмотрел на часы.
— Артём, у нас завтра ещё две машины смотреть.
— Тогда да.
Через десять минут прихожая опустела.
Надежда поставила чашки в посудомоечную машину.
Лера ушла к себе.
Артём постоял посреди тихой кухни и вдруг сказал:
— Хорошо всё-таки получилось.
— Что именно?
— Всё.
Он открыл холодильник, достал минералку.
— И квартира эта нормально придумана.
Надежда ничего не ответила.
До полного осознания ему оставалось меньше двенадцати часов.
На следующий день Артём приехал к сестре к девяти утра.
Вернулся за забытым зарядным устройством и сообщил:
— Там сейчас очередь в ванную.
— Большая?
— Валентина Петровна, потом Инка, потом Полина. Дети спорят, кто после Полины.
— А Сергей?
— Сергей умывался на кухне.
Надежда посмотрела на мужа.
Он представил то же самое в их квартире.
Причём их ванная была одна.
— Ладно, — сказал Артём. — Убедила.
— Я тебя уже не убеждаю.
— Но если бы они были здесь…
— Ты бы сейчас стоял шестым.
— Седьмым. Ты себя забыла.
— Я бы закрылась в кабинете и написала заявление на отпуск.
Он рассмеялся.
Проверка в понедельник у Надежды прошла спокойно. В девять утра она включила компьютер в пустом кабинете. Документы лежали на своих местах, никто не прыгал на надувном матрасе за её спиной и не спрашивал, можно ли включить мультики.
Сергей в тот же день купил машину.
К вечеру приехал показывать её всей семье.
Во вторник утром родственники уехали домой.
На прощание Инна обняла Надежду и сказала:
— В следующий раз жильё бронирую сама. Брату больше не доверяю.
— Правильно, — отозвался Артём. — Он ненадёжный человек.
— Хоть один вывод сделал, — сказала Надежда.
После их отъезда она собрала оставшиеся в прихожей тапочки.
Артём заметил:
— Не выбрасывай.
— Даже не собиралась.
Надежда сложила все шесть пар в верхний шкаф.
Зелёные с динозаврами положила сверху.
Через несколько месяцев Артём снова заговорил о приезде родственников. На этот раз его двоюродный брат собирался в Москву с женой на выставку.
Надежда даже не успела ничего спросить.
— Я ему уже скинул три гостиницы возле метро, — сообщил Артём. — Пусть выбирает.
Она посмотрела на него.
— А тапочки?
— Тапочки дадим. Мы же не звери.
Вот тогда Надежда окончательно решила, что ноябрьская семейная экспедиция всё-таки принесла пользу.
Шесть пар тапочек остались у них надолго.
Не как запас для большого количества гостей.
А как очень удобное семейное напоминание о том, что гостеприимство измеряется не количеством родственников, которых удалось уложить на полу.
