— А ты почему уже здесь?
Валерия ещё не успела закрыть калитку, а Геннадий Константинович уже шёл к ней через двор, держа в руке шампур.
Вопрос прозвучал так, будто это она приехала без приглашения.
Валерия медленно огляделась.
Перед воротами стояли четыре машины. Одну — старенький серый универсал — она знала: на нём ездил свёкор. Остальные были чужими.
Возле яблони дети плескались в большом надувном бассейне, которого утром в пятницу здесь точно не было. На дорожке валялись два велосипеда, у террасы стояла раскрытая коляска, к перилам кто-то привязал воздушные шарики. Из дома доносилась музыка.
У мангала расположилась компания человек из восьми.
Младшего брата Арсения, Романа, Валерия узнала сразу. Рядом сидела его жена Кристина. Второй брат мужа, Илья, возился возле стола с одноразовыми тарелками. Его жена придерживала за ошейник крупного рыжего пса.
Ещё несколько лиц Валерия видела только на свадьбах, юбилеях и больших семейных встречах.
Она вернулась из рабочей поездки на два дня раньше и представляла этот воскресный день совсем иначе.
Кофе на террасе.
Тишина.
Душ.
Потом можно было пройтись по участку, собрать упавшие яблоки и вечером включить фильм.
Никому о возвращении она сообщать не стала. Даже Арсению.
Хотела сделать мужу сюрприз уже вечером, когда вернётся в город.
Теперь сюрприз получился у неё.
— Почему вернулась? — повторил Геннадий Константинович.
За его спиной началось движение.
Женщина возле стола быстро убрала бутылку в пакет. Кристина поднялась. Один из детей закричал:
— Мама, тётя приехала!
Из дома выглянул ещё кто-то.
Валерия сняла солнечные очки.
— Командировка закончилась раньше.
— А нам Арсений говорил, ты только во вторник.
— Вижу, что говорил.
Свёкор слегка кашлянул.
— Ну раз уж приехала, проходи. Мы тут устроились немного.
Валерия посмотрела на него.
— Немного?
Он проследил за её взглядом.
На траве лежали полотенца.
Возле летнего стола стоял ящик с напитками.
На сушилке висели детские футболки и купальники.
Из открытого окна второго этажа доносился чей-то голос.
— Мы ещё в пятницу приехали, — пояснил Геннадий Константинович. — Завтра после обеда собирались разъезжаться.
— То есть вы здесь третьи сутки?
— Ну да.
Роман подошёл ближе.
— Валер, привет. Неожиданно.
— Для меня тоже.
Он неловко улыбнулся.
— Арсений сказал, дом пустой будет. Мы решили детей вывезти. Погода последние дни нормальная.
Валерия ничего не ответила.
Она взяла дорожную сумку и пошла к дому.
На террасе пришлось переступать через детские сандалии и пакет с углём.
Возле двери лежал огромный коврик для собаки.
В прихожей стояло столько обуви, что до своей тумбы Валерия добралась не сразу.
Из кухни вышла Кристина.
— Мы тут продукты купили, если что.
— Вижу.
— Ты не подумай, мы всё уберём.
Валерия прошла дальше.
Кухня тоже выглядела так, будто здесь несколько дней жил небольшой лагерь.
На столешнице стояли упаковки с мясом, открытые банки, хлеб, несколько мисок с салатами. Половина её посуды была во дворе. Кто-то переставил кофемашину ближе к краю, чтобы освободить место.
Холодильник оказался забит чужими пакетами.
На дверце висел детский рисунок, прикреплённый её магнитом.
— Где Арсений? — спросила Валерия.
Илья, вошедший следом, ответил:
— В городе. Он сегодня позже хотел подъехать.
— Значит, его здесь нет?
— Уехал утром. Ему по делам надо было.
Валерия поднялась наверх.
Первую гостевую комнату заняла семья Романа.
На раскладном диване лежали вещи, возле стены стояла переносная детская кроватка.
Во второй комнате находились сумки Ильи, два рюкзака и клетка с миской для собаки.
Валерия дошла до спальни.
Дверь была открыта.
На её кровати лежали две дорожные сумки, пакет с одеждой и чей-то мужской свитер.
Один шкаф был приоткрыт.
Она остановилась.
Именно здесь ей впервые стало по-настоящему неприятно.
Не из-за вещей.
Не из-за беспорядка.
А из-за уверенности, с которой посторонние люди разложились в её доме.
Кристина догнала её.
— Это вещи Светы и Димы. Внизу места уже не было.
— Кто такие Света и Дима?
— Друзья Ильи.
Валерия повернулась.
— Друзья?
— Они вчера приехали.
— Их тоже Арсений приглашал?
Кристина замялась.
— Не знаю. Илья сказал, что можно.
Вот теперь картина становилась полной.
Валерия достала телефон.
— Позвони Арсению, пожалуйста, — сказала Кристина. — А то сейчас всё как-то странно получилось.
— Я обязательно позвоню.
Она закрыла дверь спальни, спустилась вниз и вышла на участок.
Компания возле мангала уже заметно притихла.
Музыка стала тише.
Дети продолжали бегать, не понимая, почему взрослые вдруг перестали смеяться.
Валерия набрала мужа.
Арсений ответил после второго гудка.
— Привет. Ты как?
— Я в доме.
Пауза получилась короткой, но её хватило.
— В каком доме?
— В моём.
— Ты же должна была во вторник.
— Уже не должна.
Арсений молчал.
— Тут твоя семья, друзья твоего брата, собака и детский бассейн.
— Валер…
— Ты приедешь?
— Конечно. Я сейчас в городе.
— Хорошо.
Она отключилась.
Никаких выяснений по телефону не требовалось.
Валерия поставила сумку в кабинете — единственной комнате, которую пока не успели занять, — и прошла к кладовой.
Дверь была открыта.
Запас угля, который она покупала ещё в начале лета, исчез почти полностью. Остались два небольших пакета.
С полки пропали упаковки одноразовых стаканов и салфеток.
За стеной кто-то обсуждал планы.
— Если через две недели погода будет нормальная, можно ещё приехать.
— Только уже без бассейна, холодно будет.
— Детям всё равно есть чем заняться.
Валерия остановилась.
Голос принадлежал Илье.
Роман ответил:
— Надо Арсения спросить.
— Да он нормально относится. Главное, чтобы Валерия опять куда-нибудь уехала.
Кто-то тихо засмеялся.
Валерия вошла на кухню.
Разговор оборвался.
— Через две недели у вас не получится.
Илья резко повернулся.
— А, ты здесь.
— Здесь.
— Мы просто говорили.
— Я слышала.
Он поднял ладони.
— Да ладно, не заводись. Никто ещё ничего не решил.
— Хорошо.
Валерия взяла со стола бутылку воды.
— Тогда и отменять ничего не придётся.
Илья посмотрел на Романа, но отвечать не стал.
Этот дом Валерия купила за четыре года до знакомства с Арсением.
Тогда участок выглядел совершенно иначе.
Старый забор, заросшая трава, скрипучая веранда, вода только из летнего крана.
Сам дом был крепким, но требовал постоянных вложений.
Первое лето Валерия провела почти полностью в ремонте.
Наняла бригаду для коммуникаций, провела воду внутрь дома, заменила часть проводки, утеплила второй этаж.
Следующей весной занялась участком.
Убрала старый сарай, сделала нормальную дорожку от ворот, заказала террасу.
Потом появился небольшой навес для машины, зона возле мангала и новая калитка.
Она не пыталась превратить участок в картинку из журнала.
Ей хотелось другого — чтобы сюда можно было приехать после тяжёлой недели и ничего не решать.
Поставить сумку.
Открыть окна.
Сесть на террасе.
Дом был местом, где никто ничего от неё не требовал.
Потом появился Арсений.
Познакомились они на дне рождения общего знакомого.
Валерия сначала вообще не обратила на него внимания. Арсений много шутил, спорил о путешествиях и весь вечер помогал хозяину жарить мясо.
Через несколько дней написал ей.
После девяти месяцев отношений переехал в её городскую квартиру.
Ещё через год они расписались.
Загородный дом Арсений любил.
Он мог сам приехать туда после работы в пятницу, что-то починить, покосить траву или просто переночевать.
У него был свой комплект ключей.
Никакой проблемы в этом Валерия не видела.
Условие существовало только одно.
Гости — после разговора с ней.
Не потому, что Валерия запрещала мужу видеть родственников.
Напротив, они несколько раз собирались здесь с его братьями.
Один раз приезжали родители Арсения.
Несколько раз оставались друзья.
Но Валерия всегда знала, кто приедет и сколько человек будет в доме.
Она не любила толпы.
Особенно с ночёвкой.
Арсений это знал.
Знал настолько хорошо, что накануне её командировки специально спросил:
— Ты точно во вторник вернёшься?
Валерия тогда складывала вещи в чемодан.
— Если всё по графику — вечером.
— А раньше никак?
— Вряд ли. Последняя встреча в понедельник.
— Понятно.
Она даже не посмотрела на него.
— А что?
— Да ничего. Я выходные дома проведу.
Теперь Валерия понимала, зачем ему потребовалась точная дата.
Геннадий Константинович подошёл к ней, пока она стояла возле террасы.
— Ты Арсению позвонила?
— Да.
— Он сейчас приедет?
— Обещал.
Свёкор заметно расслабился.
Вероятно, рассчитывал, что сын быстро объяснит жене, почему происходящее нормально.
— Ну вот и хорошо. А то все уже сидят как на экзамене.
Валерия посмотрела на него.
— А почему?
— Ты какая-то напряжённая приехала.
— Я обнаружила в своём доме почти два десятка людей.
— Не посторонних же.
— Половину я даже по именам не знаю.
Геннадий Константинович нахмурился.
— Это друзья Ильи. Нормальные ребята.
— Я не сомневаюсь.
— Тогда в чём проблема?
Валерия не стала отвечать.
Она уже поняла, что объяснять что-либо до приезда Арсения бессмысленно.
Свёкор тем временем продолжил:
— Арсений сам предложил. Сказал, раз дом пустой, чего ему простаивать. Мы давно хотели все вместе выбраться.
— Давно?
— Ещё летом говорили.
Интересно.
При Валерии таких разговоров не было.
— А почему не приехали летом?
— Да всё как-то не совпадало.
— А сейчас совпало.
— Вот именно.
— Когда меня нет.
Геннадий Константинович слегка нахмурился.
— Ты опять к этому ведёшь.
— Я пока вообще никуда не веду.
Она ушла в дом.
Через двадцать минут услышала лай.
Собака носилась возле кустов смородины. За ней бежал мальчик лет восьми.
— Барни, стой!
Пёс рванул через клумбу.
Валерия вышла на террасу.
— Чей он?
Жена Ильи подняла руку.
— Наш.
— На участке собаку, пожалуйста, держите рядом.
— Он ничего не делает.
Валерия посмотрела на вытоптанные растения.
— Уже делает.
Женщина недовольно позвала животное.
До приезда Арсения оставалось около получаса.
Валерия не стала ходить за гостями и проверять каждый угол.
Она села в кабинете, открыла ноутбук и ответила на несколько рабочих писем.
Именно это почему-то раздражало гостей больше всего.
Они явно ожидали скандала.
Шумных претензий.
Может быть, требований немедленно собираться.
Вместо этого хозяйка просто закрылась в комнате и ждала мужа.
Когда Арсений наконец приехал, его машина остановилась прямо возле ворот.
Геннадий Константинович встретил сына первым.
Они несколько минут о чём-то разговаривали во дворе.
Потом Арсений вошёл в дом.
— Валер.
Она закрыла ноутбук.
— Слушаю.
— Давай спокойно.
— Я спокойна.
— Я понимаю, что надо было сказать.
— Хорошее начало.
Он сел напротив.
— Просто всё получилось спонтанно.
— В пятницу?
— Да.
— Нет. Ты спрашивал дату моего возвращения до командировки.
Арсений замолчал.
Валерия продолжила:
— Поэтому попробуй ещё раз.
Он провёл ладонью по подбородку.
— Папа давно говорил, что надо собраться всем вместе.
— И?
— Я подумал: раз тебя не будет, можно провести выходные здесь.
— Почему именно раз меня не будет?
— Ты не любишь большие компании.
— Сколько человек ты пригласил?
— Изначально родителей, братьев с семьями.
— Илья привёз друзей.
— Я не знал.
— Собака?
— Тоже не знал.
— Ночёвка?
Арсений помолчал.
— Это предполагалось.
— Три ночи?
— Две.
— Они собираются уехать в понедельник после обеда. С пятницы это три ночи.
Он раздражённо выдохнул.
— Хорошо. Три.
— Ты сам собирался ночевать здесь?
— Первую ночь был.
Теперь Валерия поняла ещё одну деталь.
В пятницу вечером Арсений написал ей, что рано ложится и устал после недели.
Никакого города в тот вечер не было.
— А потом?
— Сегодня утром уехал по делам.
— То есть всё это ты организовал и оставил отцу.
— Никто не собирался ничего портить.
Валерия слегка наклонила голову.
— Почему ты мне не сказал?
— Не хотел отвлекать в поездке.
— Арсений.
— Что?
— Не надо.
Он понял.
Несколько секунд молчал.
Потом сказал уже иначе:
— Я знал, что ты откажешь.
Вот это было правдой.
Валерия кивнула.
— Почему?
— Потому что много народу. Дети. Ночёвка. Ты всегда начинаешь считать, где кто будет спать, кто что привезёт, кто потом уберёт.
— То есть я бы отказала по вполне конкретным причинам.
— Возможно.
— И поэтому ты решил сделать всё, пока меня нет.
— Я не видел в этом трагедии. Дом всё равно пустовал.
Валерия посмотрела на мужа.
— Он не пустовал. Он ждал хозяина.
Арсений поморщился.
— Не начинай про формулировки.
— Я не про формулировки.
Она поднялась.
— Пойдём.
— Куда?
— Посмотришь.
Сначала Валерия привела его в спальню.
На кровати всё ещё лежали чужие сумки.
Арсений посмотрел на них.
— Их можно убрать.
— Конечно.
Потом открыла кладовую.
— Уголь?
— Купим.
— Салфетки, стаканы?
— Тоже.
— Это не главное.
Они вышли на террасу.
— Вот это видел?
На покрытии возле стола темнело небольшое прожжённое пятно.
Арсений присел.
— Это откуда?
— Не знаю.
— Вчера не было.
— Я тоже так думаю.
Валерия показала на окно гостевой комнаты.
Москитная сетка была выдавлена наружу в одном углу.
— Это дети, наверное.
— Наверное.
Возле дорожки один из садовых светильников лежал набок.
Пластиковый корпус треснул.
Арсений ничего не сказал.
— И это за неполные три дня, — добавила Валерия.
— Всё починю.
— Я не сомневаюсь.
Он посмотрел на неё.
— Тогда чего ты хочешь?
Валерия ответила сразу:
— Чтобы все уехали сегодня.
Арсений нахмурился.
— Прямо сейчас?
— До вечера.
— Валер, люди рассчитывали до завтра.
— Они рассчитывали, что меня не будет.
— У них дети.
— На машинах приехали?
— Да.
— Значит, смогут уехать.
— Папа взбесится.
— Это его право.
Арсений опустил голову.
— Ты точно решила?
— Да.
Он ещё несколько секунд стоял молча.
Потом вышел во двор.
Разговор с семьёй начался спокойно.
Закончилось это быстро.
Геннадий Константинович появился на террасе первым.
— Это правда?
Валерия складывала в контейнер вещи, которые кто-то оставил возле её садовых инструментов.
— Что именно?
— Ты всех выгоняешь?
— Я попросила до вечера освободить дом.
— Невероятно.
— Что именно?
— Сын здесь живёт.
— В городской квартире.
— И здесь тоже бывает постоянно.
— Бывает.
— Ключ у него есть.
— Был.
Свёкор ещё не понял значение последнего слова.
— Значит, он имеет право пригласить семью.
— Он может пригласить семью после разговора со мной.
— Почему с тобой?
Валерия посмотрела на него.
— Потому что дом мой.
— Опять это «мой, мой».
— А чей?
Геннадий Константинович явно не ожидал настолько простого вопроса.
— Арсений твой муж.
— Да.
— Он здесь живёт.
— Иногда.
— Значит, тоже имеет права.
— Какие именно?
— Нормальные семейные.
— Назовите одно.
Свёкор раздражённо махнул рукой.
— Не надо юридические выкрутасы устраивать.
— Я ничего не устраиваю. Вы говорите, что проживание вашего сына делает вас распорядителем моего дома. Я спрашиваю почему.
— Я не распорядитель.
— Вы третий день принимаете здесь гостей.
— Меня сын пригласил.
— Тогда вопрос к сыну уже решён.
Геннадий Константинович повысил голос:
— Мы что, какие-то чужие?
— Сейчас это вообще не имеет значения.
— Для тебя, может, и не имеет.
— Именно.
Он посмотрел на Арсения.
— Ты это позволяешь?
Арсений стоял возле лестницы.
— Пап, давайте собираться.
Свёкор резко повернулся к нему.
— Серьёзно?
— Да.
— Отлично устроился.
— Пап.
— Что «пап»? Своей семье уже слово сказать не можешь?
Арсений посмотрел на него.
— Я и так уже сказал слишком много за чужой дом.
После этого спор практически закончился.
Геннадий Константинович ещё что-то буркнул, развернулся и ушёл к машине.
Остальные собирались быстрее.
Илья был раздражён.
Его друзья откровенно чувствовали себя неловко и старались не попадаться Валерии на глаза.
Роман подошёл первым.
— Слушай, мы реально думали, что ты в курсе.
— Теперь знаете.
— Арсений сказал, что всё нормально.
— Понимаю.
— Мы уберём за собой.
— Спасибо.
На этом всё.
Без объяснений, кто прав.
Без долгих семейных речей.
У людей появились конкретные задачи: собрать одежду, вылить воду из бассейна, сложить игрушки, погрузить велосипеды, найти детские куртки, убрать продукты.
Собака носилась между ног, пока жена Ильи наконец не пристегнула поводок.
Около пяти вечера уехали друзья.
Потом Роман с семьёй.
Следом Илья.
Геннадий Константинович задержался дольше всех.
Он складывал вещи в багажник с таким видом, будто его выселяют из собственного дома.
Перед отъездом подошёл к Валерии.
— Хорошо запомнится этот день.
— Мне тоже.
— Мы к вам больше не напрашиваемся.
— Прекрасно.
Свёкор явно ожидал другой реакции.
Он сел в машину и уехал.
Во дворе стало тихо.
Ненадолго.
Потом Валерия услышала характерное бульканье.
Арсений сливал воду из бассейна.
Через двадцать минут он сложил его, убрал оставленные бутылки, собрал мусор возле мангала.
Валерия занималась домом.
Сняла с кровати чужие вещи, которые в спешке забыли забрать, нашла под креслом детский носок и возле лестницы пластиковую машинку.
На кухне обнаружилась треснувшая большая миска.
Арсений молча сложил осколки в пакет.
— Это тоже вчера?
— Не знаю.
— Куплю новую.
— Купишь.
Через некоторое время он позвал её на террасу.
— Посмотри.
Одна доска покрытия возле мангала была повреждена сильнее, чем казалось сначала.
На ней остался не только след от угля, но и небольшой прогар.
— Видимо, мангал слишком близко поставили, — сказал Арсений.
— Видимо.
— Надо часть покрытия менять.
— Надо.
Он выпрямился.
— Светильник тоже я заказал новый.
— Хорошо.
Валерия не собиралась превращать последствия в дополнительное наказание.
Арсений всё видел сам.
Этого было достаточно.
К девяти вечера участок снова стал похож на себя.
Без бассейна.
Без чужих машин.
Без музыки.
На террасе стояли только два кресла.
Валерия вынесла плед и села.
Арсений появился минут через пять.
— Можно?
— Садись.
Он сел напротив.
Несколько минут они слушали, как ветер шумит в деревьях.
— Я облажался, — сказал он.
Валерия посмотрела на мужа.
— Да.
Ни оправданий, ни утешения не последовало.
Арсений кивнул.
— Я правда думал, ничего не случится.
— Поэтому не сказал мне.
— Да.
Это тоже было честнее прежних объяснений.
— Самое паршивое, — продолжил он, — что я утром уехал и даже не проверил, что тут происходит.
— Ты решил, что отец присмотрит.
— Именно.
— Он присмотрел.
Арсений усмехнулся.
— Уже понял.
Через минуту Валерия поднялась.
— Я спать.
— Я ещё мусор вынесу.
— Хорошо.
На следующее утро она проснулась рано.
Дождя не было, но воздух заметно похолодал.
Арсений ещё спал.
Валерия оделась, выпила кофе и уехала в строительный магазин.
Вернулась через час с новой личинкой для замка.
Арсений встретил её возле двери.
— Это что?
— Замок.
— Зачем?
— Личинку поменяю.
Он посмотрел на коробку.
— У меня ключа не будет?
— Пока нет.
Арсений не возмутился.
Только спросил:
— На сколько?
— Не знаю.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
Она достала инструменты.
— Мне надо снова понимать, что если я уехала, сюда не заедет автобус родственников.
Арсений присел рядом.
— Давай я поменяю.
Валерия протянула ему отвёртку.
— Давай.
Через двадцать минут всё было готово.
Арсений проверил замок несколько раз.
Валерия взяла новые ключи.
Один положила в сумку.
Второй убрала в домашний ящик.
Муж посмотрел.
— Мне правда ни одного?
— Пока ни одного.
— Понял.
Он не стал продолжать.
Ближе к обеду Валерия собиралась ехать в город.
Арсений решил остаться и закончить с террасой.
Перед отъездом она открыла ворота.
На дорожке нашлась ещё одна забытая вещь — маленькая синяя кепка.
Арсений поднял её.
— Романовы.
— Передашь.
— Конечно.
Телефон Валерии завибрировал.
Сообщение пришло от Кристины.
«Извини за вчера. Мы правда думали, что ты всё разрешила».
Валерия ответила:
«Понимаю».
Через несколько секунд появилось ещё одно.
«Геннадий Константинович до сих пор возмущается, что ты внезапно приехала».
Валерия посмотрела на экран и рассмеялась.
Арсений поднял голову.
— Что там?
Она показала ему сообщение.
Муж прочитал.
Сначала ничего не сказал.
Потом тоже усмехнулся.
— Папа сегодня утром мне уже звонил.
— И?
— Спросил, нельзя ли было хотя бы предупредить, что ты возвращаешься.
Валерия открыла водительскую дверь.
— Конечно. В следующий раз я обязательно согласую своё появление в собственном доме с вашим семейным графиком.
Арсений прикрыл глаза.
— Я ему примерно то же самое сказал.
— Молодец.
Она села за руль.
— Валер.
— Что?
Он подошёл ближе.
— Новый ключ я просить не буду.
— Это разумно.
— Когда сама решишь.
— Тогда и получишь.
Арсений кивнул и закрыл ворота.
Валерия выехала на дорогу.
В зеркале остался её дом — тихий, почти такой, каким она собиралась увидеть его вчера утром.
Только теперь возле входной двери стояла новая личинка, а у мужа впервые за несколько лет не было от неё ключа.
