— Костя, ты футляр от моих серёг открывал?
Константин отозвался из комнаты не сразу.
— Какой футляр?
Лидия стояла в прихожей с пакетом продуктов в одной руке и пустой коробочкой в другой.
Ещё час назад серьги лежали внутри.
Она точно это помнила.
Утром Лидия достала их из ящика, примерила перед зеркалом и решила надеть вечером на день рождения коллеги. Чтобы потом не искать, оставила футляр на тумбе в прихожей рядом с маленькой косметичкой.
После этого сходила в магазин.
Теперь футляр был открыт.
И пуст.
— Золотые серьги, которые я недавно купила.
— Нет, я к ним не прикасался.
Константин показался в дверях кабинета.
На нём были домашние брюки и старая футболка. Он с утра пытался разобраться с компьютером, который последние несколько дней постоянно зависал.
— А что?
— Их нет.
— В смысле нет?
Лидия перевернула футляр.
Пустота от этого не стала убедительнее.
Из кухни вышла Галина Петровна.
Свекровь приехала около часа назад — передать сыну какие-то документы на машину и заодно забрать старую папку, которую оставляла у них ещё летом.
Сначала собиралась уйти почти сразу, но Константин попросил подождать, пока закончит с компьютером: хотел потом отвезти мать домой.
— Что потерялось? — спросила она.
— Серьги.
Лидия поставила пакеты на пол.
Паниковать пока было рано.
Она могла сама машинально переложить их.
Хотя совершенно не помнила этого.
— Я сейчас посмотрю.
Она прошла в спальню.
Сначала проверила комод.
Там лежали остальные украшения, часы, несколько коробочек, документы на мелкую технику.
Потом ванную.
Карманы джинсов, в которых утром выходила за кофе.
Карман домашней кофты.
Косметичку.
Даже пакет из ювелирного магазина, который почему-то всё ещё лежал на верхней полке шкафа.
Серёг нигде не было.
Лидия вернулась в прихожую.
Константин уже заглядывал под тумбу.
— Может, выпали?
— Обе сразу?
— Мало ли.
Он поднял лежавший на полу шарф.
Ничего.
Серьги Лидия купила себе три недели назад.
Покупка не была спонтанной.
После годовой премии она решила наконец взять хорошие золотые серьги, которые давно хотела. Несколько недель ходила по магазинам вместе с подругой Ириной, сравнивала модели, примеряла одни, возвращалась к другим.
В итоге выбрала небольшие серьги с камнями.
Почти девяносто тысяч рублей.
Лидия прекрасно понимала, что сумма немаленькая.
Именно поэтому после покупки всегда убирала украшение в футляр.
Она вообще аккуратно относилась к дорогим вещам.
Потерять обе серьги за час, не выходя из квартиры, было практически невозможно.
— Ты утром их надевала? — спросил Константин.
— Примеряла.
— Может, положила где-нибудь возле зеркала?
— Уже проверила.
Галина Петровна стояла возле кухни и наблюдала за поисками.
Лидия посмотрела на неё.
Не потому, что уже решила обвинить.
Просто вспомнила одну деталь.
Пока она ходила в магазин, свекровь оставалась в квартире вместе с Константином.
Но муж почти всё время сидел в кабинете.
А Галина Петровна минут на десять заходила в спальню.
Когда Лидия вернулась, свекровь сама сказала:
— Искала зарядку. Думала, моя здесь оставалась.
Тогда в этом не было ничего странного.
Галина Петровна иногда действительно заряжала телефон у них и однажды забывала провод.
Теперь эпизод выглядел иначе.
Лидия не стала делать выводы сразу.
Она ещё раз прошла по квартире.
Подняла покрывало.
Заглянула под кровать.
Проверила ванную полку.
Вернулась в прихожую.
За это время Галина Петровна уже надела куртку.
— Я, наверное, пойду, — сказала она. — Костя потом документы посмотрит.
Константин выглянул из комнаты.
— Мам, я же собирался тебя отвезти.
— Не надо. Автобус скоро.
Свекровь подняла с пола большую кожаную сумку.
Лидия смотрела на неё несколько секунд.
Вспомнился разговор двухнедельной давности.
Галина Петровна тогда увидела серьги на Лидии во время семейного обеда.
— Новые?
— Да.
— Золото?
— Да.
Свекровь попросила посмотреть поближе.
Лидия спокойно сняла одну серьгу и положила ей на ладонь.
— Красивые.
Галина Петровна повертела украшение.
— Наверное, дорогие.
Лидия не хотела обсуждать цену, но свекровь спросила прямо.
Услышав сумму, покачала головой.
— Почти девяносто тысяч за две маленькие вещи?
— Мне понравились.
— Я бы столько не отдала.
На этом можно было закончить.
Но Галина Петровна добавила:
— У Аллочки через месяц тридцать лет. Вот ей хорошие серьги пригодились бы. А у тебя украшений и так хватает.
Лидия тогда только улыбнулась.
— Значит, будете выбирать Алле подарок.
Свекровь не ответила.
Лидия не придала разговору значения.
Галина Петровна любила давать финансовые советы людям, которые у неё этих советов не просили.
Могла решить, что племяннице не стоило брать дорогой телефон.
Что Константину незачем покупать новую резину именно этой марки.
Что Лидия переплатила за пальто.
Что соседке лучше было отремонтировать старый диван, а не менять его.
Но рассуждения оставались рассуждениями.
Чужие вещи Галина Петровна раньше не брала.
По крайней мере, Лидия ничего подобного за ней не замечала.
Сейчас свекровь уже взялась за дверную ручку.
Лидия спросила совершенно спокойно:
— Галина Петровна, а серьги мои вы куда переложили?
Свекровь замерла.
Всего на секунду.
Потом резко повернулась.
— Я их сегодня вообще не видела.
Лидия не ответила сразу.
Вот теперь стало действительно интересно.
Она ведь не сказала:
«Вы взяли мои серьги?»
Не сказала:
«Верните».
Не сказала даже, что подозревает Галину Петровну.
Спросила только, куда они были переложены.
Но свекровь мгновенно поняла, о каких именно серьгах речь.
— Я не спрашивала, видели вы их или нет, — сказала Лидия.
— А что ты тогда спрашиваешь?
— Куда переложили.
— Никуда я ничего не перекладывала.
На голос вышел Константин.
— Что происходит?
Галина Петровна повернулась к нему.
— Вот именно, что происходит? Я собралась домой, а меня здесь допрашивают.
— Никто вас не допрашивает, — сказала Лидия.
Константин посмотрел на пустой футляр.
— Давайте ещё раз всё спокойно посмотрим. Может, реально куда-то завалились.
Мать вспыхнула.
— Почему я должна стоять и ждать, пока вы ищете свои вещи?
— Мам, потому что ты здесь находилась.
— И что?
— Ничего. Просто серьги были утром, сейчас их нет.
— Ты тоже здесь находился!
— Я и не ухожу.
Галина Петровна сильнее сжала ручки сумки.
— Очень красиво. Родная мать приехала документы привезти, а теперь её в воровстве подозревают.
Лидия заметила:
никто ещё ни разу не произнёс слово «воровство».
Она посмотрела на мужа.
Константин, похоже, заметил то же самое.
— Мам, никто этого не сказал.
— Можно подумать, непонятно.
Свекровь снова потянулась к двери.
И тут Лидия вспомнила ещё один разговор.
Несколько дней назад Галина Петровна звонила Константину.
Лидия в тот момент сидела рядом на диване и невольно слышала часть разговора.
Мать просила сына помочь с подарком Алле.
Младшей сестре Константина скоро исполнялось тридцать.
Алла сама сказала матери, что хочет серьги.
Хорошие, золотые.
Галина Петровна решила собрать деньги с родственников и купить именно такой подарок.
Константин отказался.
Не резко.
Просто объяснил, что сейчас не готов отдавать пятьдесят тысяч на сестрин подарок.
У них и так в этом месяце были крупные расходы, а сам он собирался менять кое-что в машине.
Мать тогда обиделась.
— Раз в жизни сестре тридцать лет.
— Я подарю ей деньги, сколько считаю нормальным.
— На нормальные серьги этого не хватит.
— Тогда выберите другие.
Разговор закончился без результата.
Лидия тогда вообще не связывала его со своей покупкой.
Теперь совпадение стало слишком заметным.
Она всё ещё не была готова лезть в чужую сумку или устраивать проверку у двери.
И не собиралась.
Лидия достала телефон.
— Ладно. Сейчас позвоню в ресторан и скажу, что задержусь.
Константин повернулся к ней.
— Ты же через пару часов собиралась.
— Теперь неизвестно, сколько будем искать.
Она нашла номер заведения в сообщениях.
— Серьги стоят почти девяносто тысяч. Я без них сегодня из квартиры никуда не уйду.
Галина Петровна вдруг поставила сумку обратно на пол.
— Подожди.
Лидия остановилась.
— Что?
— Может, действительно где-то здесь.
— Поэтому и ищем.
Свекровь почему-то расстегнула сумку.
До этого никто даже не предложил её проверить.
Галина Петровна начала быстро перебирать содержимое.
Кошелёк.
Салфетки.
Документы.
Небольшой пакет.
Очки.
Зарядный провод.
Потом рука остановилась.
— Вот ведь…
Она вытащила из бокового отделения маленький свёрток из бумажной салфетки.
— Что это? — спросил Константин.
Галина Петровна развернула край.
Блеснуло золото.
Лидия молча протянула руку.
Свекровь положила свёрток ей на ладонь.
Там лежали обе серьги.
— Представляете, — быстро сказала Галина Петровна. — Каким-то образом ко мне попали.
Лидия развернула салфетку полностью.
Обе серьги были целы.
Она проверила застёжки.
Потом посмотрела на пустой футляр, всё ещё стоявший на тумбе.
— Каким образом?
— Не знаю.
— Они сами вышли из футляра?
— Я могла случайно зацепить.
— Чем?
Галина Петровна открыла рот, но ничего не ответила.
Константин взял салфетку.
— Мам, серьги были в коробке.
— Я знаю.
— Откуда знаешь?
Она мгновенно поняла ошибку.
— Ну Лида же сказала.
— Я сказала, что пропали серьги, — ответила Лидия. — Про то, что они лежали именно в футляре, при вас ещё не говорила.
Свекровь раздражённо посмотрела на неё.
— Не цепляйся к словам.
Константин уже не выглядел растерянным.
— Мам. Откуда серьги в твоей сумке?
— Я же сказала, не знаю.
— В салфетке?
Галина Петровна молчала.
— Серьги каким-то образом сами завернулись в салфетку и легли в боковой карман?
— Не разговаривай со мной таким тоном.
— Каким мне разговаривать?
Лидия убрала серьги в футляр.
Спорить ей не хотелось.
Факт уже лежал перед ними.
Всё остальное зависело только от того, насколько долго Галина Петровна собиралась изображать случайность.
— Я хотела их посмотреть, — наконец сказала свекровь.
Константин медленно повернулся.
— Посмотрела.
— Да.
— И зачем положила в сумку?
— Потом отвлеклась.
Лидия застегнула футляр.
— Вы только что говорили, что сегодня их вообще не видели.
— Потому что вы на меня вдвоём налетели.
— Я задала один вопрос.
— Какая теперь разница? Нашлись же.
Галина Петровна снова подняла сумку.
— Всё, я пошла.
— Нет, — сказал Константин.
Мать обернулась.
— Что ещё?
— Договори.
— Что договаривать?
— Зачем ты взяла серьги?
— Я объяснила.
— Нет.
В комнате стало тихо.
Константин редко говорил с матерью жёстко.
Обычно семейные споры он предпочитал прекращать первым: соглашался поменять тему, переводил разговор, иногда просто выходил из комнаты.
Сейчас не вышел.
— Если хотела посмотреть, зачем заворачивать их и убирать в сумку?
Галина Петровна села на край пуфа.
— Я хотела Алле показать.
Лидия впервые за всё время нахмурилась по-настоящему.
— Моими серьгами?
— Просто показать.
— Без моего разрешения.
— Я собиралась вернуть.
Константин смотрел на мать несколько секунд.
— Алла знает?
— Какая разница?
— Я сейчас ей позвоню.
— Не надо вмешивать сестру.
Вот это уже прозвучало достаточно красноречиво.
Константин достал телефон.
Галина Петровна попыталась остановить его:
— Костя, не устраивай цирк.
— Я ничего не устраиваю.
Он набрал сестру.
Алла ответила быстро.
Разговор занял меньше минуты.
— Привет. Мам тебе сегодня ничего про серьги Лиды не говорила?
Пауза.
— Понял.
Ещё несколько секунд.
— Нет, всё нормально. Потом расскажу.
Он отключился.
— Алла вообще не знает, о чём речь.
Галина Петровна сердито выдохнула.
— Я ещё не успела ей сказать.
— Значит, не «хотела показать».
— А что я, по-твоему, хотела?
Константин промолчал.
Лидия тоже.
Наверное, именно эта тишина подействовала сильнее вопросов.
Свекровь посмотрела сначала на сына, потом на невестку.
— Да что вы оба на меня смотрите?
Никто не ответил.
— Хорошо.
Галина Петровна встала.
— Хотела подарить.
Константин будто не сразу понял смысл.
— Что?
— Алле.
— Лидины серьги?
— У неё юбилей.
— И?
— А у Лиды уже есть украшения.
Лидия даже удивилась простоте объяснения.
— Поэтому эти можно забрать?
— Я не так сказала.
— А как?
Галина Петровна заговорила быстрее:
— Ты сама можешь себе купить ещё. Для тебя это не последние деньги. Аллочка сейчас не может позволить себе такие вещи. У неё ипотека, расходы, всё одно к одному. А ей тридцать лет. Хотелось нормальный подарок.
Константин провёл ладонью по лицу.
— Мам, ты сейчас серьёзно?
— А что такого? Я потом собиралась с Лидой поговорить.
— После подарка?
— Ну…
Галина Петровна отвела глаза.
Лидия уже знала ответ.
Но всё же спросила:
— Как вы собирались объяснить отсутствие серёг?
Свекровь долго молчала.
Потом произнесла:
— Не сразу бы объясняла.
— А потом?
Галина Петровна раздражённо махнула рукой.
— Сказала бы, что ты, наверное, где-нибудь потеряла. Ты же их носила.
Константин застыл.
Даже голос у него изменился.
— То есть ты специально взяла серьги и собиралась убедить Лиду, что она сама их потеряла?
— Не делай из меня преступницу.
— Я просто повторил то, что ты сказала.
— Я бы потом всё как-нибудь решила.
— Как?
— Не знаю!
Галина Петровна повысила голос.
— Я ещё не продумала!
Лидия смотрела на неё и вдруг поняла, что больше ничего знать не хочет.
Ни точный план.
Ни когда свекровь собиралась вручать Алле подарок.
Ни какую историю придумала бы через неделю.
Серьги нашлись.
Вещь вернулась.
А всё остальное уже касалось не украшения.
Лидия открыла ящик тумбы, убрала футляр внутрь и сказала:
— Галина Петровна, верните запасной ключ.
Свекровь не сразу поняла.
— Какой ещё ключ?
— От нашей квартиры.
Несколько лет назад они с Константином дали ей запасной комплект.
На случай, если кто-то уедет, забудет ключи или понадобится срочно попасть внутрь.
До сегодняшнего дня Лидия об этом вообще не думала.
Теперь подумала.
— При чём здесь ключ?
— Верните.
— Ты что, всерьёз?
— Да.
— Костя.
Галина Петровна повернулась к сыну.
— Ты слышишь?
Константин растерялся только на мгновение.
— Лид, может, не сейчас?
— Именно сейчас.
— Мы уже всё выяснили.
— Поэтому и сейчас.
Муж посмотрел на мать.
Галина Петровна ждала поддержки.
— Можно же просто договориться, что такого больше не будет, — сказал Константин.
Лидия спокойно посмотрела на него.
— Твоя мать взяла из моего дома дорогую вещь, спрятала в сумку и собиралась подарить другому человеку. Потом хотела убедить меня, что я сама её потеряла. Что именно из этого предлагается считать обычным семейным недоразумением?
Константин больше ничего не сказал.
Галина Петровна возмущённо поднялась.
— Господи, да верну я твой ключ.
Она открыла сумку, достала связку и начала искать.
Ключ нашёлся не сразу.
Лидия узнала его по маленькому синему брелоку.
Свекровь сняла ключ с кольца и положила на тумбу.
— Довольна?
— Да.
Галина Петровна резко застегнула сумку.
— Я для Аллы старалась.
— Не моими вещами.
— Можно подумать, тебе жалко.
Лидия открыла входную дверь.
— До свидания, Галина Петровна.
Свекровь покраснела.
Но спорить дальше не стала.
Прошла в подъезд и ушла к лифту.
Константин закрыл дверь.
Несколько секунд стоял спиной к жене.
Потом посмотрел на ключ, оставшийся на тумбе.
— Я не знал, что она способна на такое.
— Я тоже.
— Серьги целы?
Лидия достала футляр и проверила ещё раз.
— Целы.
Константин сел на пуф.
— Я реально сначала думал, ты куда-то их переложила.
— Я тоже проверяла себя.
— Хорошо, что спросила её у двери.
Лидия посмотрела на часы.
До встречи с коллегами оставалось меньше двух часов.
— Мне надо собираться.
— Ты всё-таки пойдёшь?
— Конечно.
— После всего этого?
— А что мне теперь, дома сидеть?
Она ушла в спальню.
Серьги в итоге надела другие.
Не потому, что боялась этих.
Просто настроение изменилось, и хотелось чего-нибудь проще.
Константин остался дома.
В ресторан Лидия приехала почти вовремя.
Коллега отмечала день рождения небольшой компанией. За столом обсуждали работу, летние отпуска, чьи-то планы на октябрь. Лидия быстро переключилась и даже не стала никому рассказывать, почему чуть не опоздала.
В середине вечера пришло сообщение от мужа.
«Алла звонила. Мама ей всё рассказала».
Лидия прочитала и убрала телефон.
Через минуту пришло второе:
«Алла в шоке. Говорит, ничего такого не просила».
Этого Лидия и ожидала.
Алла действительно хотела серьги на день рождения.
Но хотеть подарок и соглашаться принять чужую украденную вещь — совершенно разные вещи.
Позже позвонила сама Алла.
Лидия вышла из зала в коридор.
— Лид, я даже не знаю, что сказать.
— Ничего не надо.
— Я правда не знала.
— Костя уже сказал.
— Мама сообщила, что нашла мне подарок. Я думала, она купила что-то.
— Всё нормально. К тебе вопросов нет.
Алла помолчала.
— Нет, ненормально. Я сейчас с ней поругалась.
— Это уже между вами.
— Я серьёзно. Не думай, что я бы такое взяла.
— Не думаю.
Разговор закончился быстро.
И именно поэтому Лидия всегда нормально относилась к Алле.
Та могла быть капризной, иногда слишком долго выбирать подарки или жаловаться брату на расходы, но чужие вещи своей собственностью не считала.
Проблема была не в ней.
Домой Лидия вернулась около полуночи.
Константин не спал.
На кухне горел свет.
— Как посидели?
— Хорошо.
Он кивнул.
На столе лежал запасной ключ, который вернула мать.
— Я думаю завтра личинку поменять, — сказала Лидия.
Константин удивился.
— Зачем? Ключ же у нас.
— А если есть копия?
— Мам никогда не делала.
— Откуда знаешь?
Он хотел ответить и остановился.
После сегодняшнего дня эта фраза действительно звучала неубедительно.
— Хорошо, — сказал Константин. — Поменяем.
— Я сама вызову мастера.
— Давай я.
Лидия не возражала.
На следующий день Константин нашёл специалиста.
Тот приехал после обеда.
Работы оказалось немного.
Старую личинку сняли, установили новую, проверили ключи.
Лидия получила свой комплект.
Константин — свой.
Запасной они оставили дома.
Никаких копий родственникам больше не делали.
Галина Петровна за весь день не позвонила.
Зато вечером Константину пришло длинное сообщение.
Он прочитал половину, отложил телефон, потом снова взял.
— Что пишет?
— Что ты меня против неё настроила.
Лидия застёгивала новый брелок на ключах.
— Удобно.
— Ещё пишет, что серьги всё равно остались бы в семье.
— Особенно мои.
Константин невесело усмехнулся.
— Я ей ответил, что тему закрываю.
— Хорошо.
Он помолчал.
— Самое неприятное даже не то, что она взяла.
Лидия посмотрела на него.
— А что?
— Что хотела потом смотреть тебе в глаза и говорить, будто ты сама потеряла.
Вот тут Лидия была с ним полностью согласна.
Если бы серьги просто исчезли, она ещё долго перебирала бы вещи.
Вспоминала магазин.
Машину.
Ванную.
Могла бы решить, что действительно сама куда-то их положила.
Потом начала бы сомневаться в собственной памяти.
А Галина Петровна знала бы, где они.
Наверняка пришла бы на день рождения дочери.
Увидела те же серьги на Алле.
И придумала бы новое объяснение.
Лидия закрыла ящик тумбы.
— Поэтому ключ у неё больше не будет.
— Не будет, — сказал Константин.
На этом они закончили.
Через несколько дней Алла приехала к брату одна.
Привезла документы, которые Галина Петровна так и не передала Константину в ту субботу.
В прихожей она увидела новую связку ключей.
— Поменяли?
— Да, — ответила Лидия.
Алла кивнула.
Не спросила зачем.
И не стала защищать мать.
Перед уходом задержалась возле двери.
— Кстати, я себе серьги выбрала.
— Какие?
Алла показала фотографию на телефоне.
Небольшие золотые кольца.
Совсем не похожие на Лидины.
— Хорошие.
— Мне тоже нравятся. Костя скинет сколько хотел подарить, мама добавит, если захочет, остальное сама.
— Нормальный вариант.
— Я маме тоже так сказала.
Алла убрала телефон.
— Она обиделась.
— Переживёт.
Алла рассмеялась.
— Вот и я так думаю.
Когда дверь за ней закрылась, Лидия увидела на тумбе футляр.
Тот самый.
Она вчера снова надевала серьги и вечером оставила коробочку здесь.
Лидия открыла её.
Обе серьги лежали внутри.
Константин прошёл мимо, увидел, что жена делает, и остановился.
— Проверяешь?
— Привычка теперь.
— Убери лучше в спальню.
Лидия закрыла футляр.
— Нет. Пусть лежит там, где я его оставила.
Она взяла сумку и пошла в комнату.
В прихожей остался новый замок, новые ключи и закрытая коробочка.
Больше никто не считал, что её содержимое можно распределить между родственниками без хозяйки.
