— Эти золотые банты выглядят так, будто мы собрались грабить цыганский табор, — Вероника брезгливо откинула край многослойной фаты и уставилась на декоратора. — Я заказывала оттенок пыльной розы, а это цвет дешевой фольги!
Елена Викторовна стояла у огромного зеркала в холле ресторана и пыталась унять легкую дрожь в руках. Она наблюдала, как нанятый оформитель Егор с дергающимся левым глазом покорно перевязывает тяжелые стулья.
Олег, будущий зять, лениво ковырял десертной вилочкой фруктовое канапе, пачкая кремом свой дизайнерский пиджак. Его вклад в эту свадьбу ограничивался исключительно грандиозными идеями и бесконечными требованиями к уровню сервиса.
— Елена Викторовна, вы бы еще пластиковые стаканчики купили, — усмехнулся он, брезгливо разглядывая хрустальные бокалы. — Перед моими партнерами по бизнесу будет очень неудобно за такой откровенно провинциальный размах.
Бизнес Олега состоял из крупных долгов и бесконечных проектов, которые закрывались быстрее, чем успевали запуститься. Зато гонора у этого молодого человека хватало на заседание совета директоров крупного столичного банка.
Елена оплатила этот праздник абсолютного тщеславия до последней тканевой салфетки, полностью опустошив свои накопительные счета.
Ради этого дня она вычеркнула из списка приглашенных родную сестру и племянников. Олег безапелляционно заявил, что эти простые люди не впишутся в концепцию элитного торжества и безвозвратно испортят им фотографии.
В тяжелой кожаной сумочке Елены лежал бархатный футляр с ключами от двухкомнатной квартиры на проспекте Мира. Она копила на нее долгих семь лет, брала дополнительные дежурства в больнице и отказывала себе в самом необходимом.
Вчера она совершила роковую ошибку и повезла молодых показывать их будущее семейное гнездышко. Елена сама клеила там добротные обои в мелкий цветочек, стараясь сэкономить на бригаде рабочих и создать уют.
— Мама, в таких интерьерах живут только глубокие пенсионеры, — закатила глаза Вероника, снисходительно обводя взглядом чистую, светлую гостиную. — Это просто издевательство над хорошим вкусом.
— Мы рассчитываем, что вы оплатите нам услуги современного дизайнера, — тут же подхватил Олег, постукивая дорогим ботинком по новому ламинату. — Нам придется все это сносить до бетона, а у нас каждая копейка на счету.
Воспоминание об этом разговоре до сих пор отдавало неприятным жжением в груди. Елена тогда промолчала, решив, что это обычный предсвадебный стресс и молодые просто не осознают ценности чужого тяжелого труда.
К ним семенящим шагом подошла старший администратор Светлана, нервно прижимая к груди планшет с расчетами. Ее лицо выражало крайнюю степень паники и профессионального сочувствия.
— Прошу прощения, но поставщик только что привез экзотических устриц и камчатских крабов, — робко начала девушка, стараясь не смотреть на зятя. — Молодожены изменили меню сегодня утром без согласования с заказчиком.
Светлана глубоко вздохнула и назвала сумму, от которой у Елены слегка потемнело в глазах. Доплата за внезапное морское плато и коллекционные напитки составляла больше двухсот тысяч рублей.
— Эту сумму необходимо внести прямо сейчас, иначе шеф-повар отказывается начинать обслуживание банкета, — закончила администратор, виновато переминаясь с ноги на ногу.
Елена перевела немигающий взгляд на дочь. Вероника стояла в своем пышном платье, похожая на огромное, капризное безе, и совершенно не чувствовала за собой вины.
— Какие устрицы? — ровным, лишенным всяких эмоций голосом спросила Елена. — У нас утвержденный полгода назад бюджет, в который входят великолепное запеченное мясо и красная рыба.
— Мама, ты хочешь опозорить нас перед серьезными людьми из-за каких-то жалких бумажек? — возмутилась Вероника, и ее шея пошла некрасивыми красными пятнами. — Олег привык к нормальному меню, а не к твоим столовским замашкам!
Олег многозначительно хмыкнул, всем своим видом показывая, что он абсолютно солидарен с невестой и ждет немедленного решения финансового вопроса.
В этот самый миг Елена отчетливо увидела сквозь плотную пелену материнской любви двух абсолютно чужих, безгранично наглых потребителей.
Все иллюзии о том, что она помогает строить молодую семью, разбились вдребезги о фальшивый блеск этого ресторана. Она кристально ясно поняла, что черная дыра их запросов никогда не закроется.
— Я не буду доплачивать ни рубля сверх оговоренной сметы, — четко и громко произнесла Елена, глядя прямо в глаза дочери. — У меня больше нет ни свободных средств, ни желания их искать.
— Ты всегда была невыносимо мелочной и думала только о своих счетах! — раздраженно выпалила Вероника, с размаху бросив на пол шелковый букет невесты. — Тебе жалко устроить достойный праздник для единственного ребенка!
Олег брезгливо поморщился и отступил на шаг, словно боясь запачкаться об эту неприглядную семейную сцену. Он уже увлеченно строчил кому-то сообщение в своем модном телефоне.
— Если ты сейчас же не оплатишь этот счет, можешь вообще убираться отсюда! — голос дочери сорвался на пронзительный, злой визг.
— Ты мне больше не мать!
Эти слова гулко разнеслись по пустому холлу ресторана, заставив декоратора Егора выронить рулон ленты. Елена стояла абсолютно неподвижно, не пытаясь оправдываться или успокаивать эту дикую истерику.
Никакой бури эмоций, слез или глубокой обиды не последовало. Напротив, в голове стало поразительно ясно и легко, словно кто-то наконец-то распахнул окно в душном помещении.
Она медленно открыла свою сумку и достала тот самый тяжелый бархатный футляр. Вероника победно ухмыльнулась, ожидая, что мать сейчас сдастся и послушно достанет банковскую карту.
Но Елена просто посмотрела на блестящие ключи от квартиры, ласково погладила пальцем деревянный брелок и спокойно убрала футляр глубоко во внутренний карман своего пиджака.
Она развернулась к застывшей в изумлении администратору Светлане и четко произнесла свой вердикт.
— Мой первоначальный депозит покрывает аренду этого помещения ровно на два часа. Всю заказанную еду, напитки и работу обслуживающего персонала я отменяю прямо с этой секунды.
— Как это отменяешь?! — ахнул Олег, мгновенно растеряв всю свою аристократичную надменность и покрывшись неприятной испариной. — У нас гости съезжаются через двадцать минут!
— Вы невероятно взрослые люди с очень высокими стандартами, — без единой тени улыбки ответила Елена, глядя на растерянного зятя. — Уверена, вы сами блестяще справитесь с оплатой своих устриц и развлечением полезных связей.
Она развернулась и твердым, уверенным шагом направилась к массивным дверям выхода. Яркие ресторанные софиты и нелепые претензии остались далеко позади.
В спину ей неслись возмущенные крики Олега и отчаянный, срывающийся на рыдания лепет Вероники, которая вдруг осознала весь реальный масштаб надвигающейся катастрофы.
Через два часа Елена сидела за уютным столиком на открытой веранде самого дорогого рыбного ресторана в центре города. Она заказала себе огромную порцию камчатского краба, ледяную минеральную воду и свежие овощи.
На столе перед ней лежал бархатный футляр с ключами. Завтра утром она обязательно позвонит своему знакомому риелтору и выставит ту самую квартиру с цветочными обоями на долгосрочную аренду.
Вырученные от сдачи деньги она пустит не на развитие мифических талантов зятя, а на покупку роскошного загородного участка с высоким забором.
Елена аккуратно отломила сочный кусок крабового мяса, обмакнула его в сливочный соус и с огромным удовольствием отправила в рот. Оказалось, что тратить заработанные деньги исключительно на себя — это невероятно приятное и правильное занятие.
