— Настя, ты серьезно? Четырнадцать миллионов! Это же целое состояние! Я такие деньги даже в прекрасном сне не видела!
Сестра так громко пищала от восторга, что Настя невольно улыбнулась. Ева всегда была эмоциональной, но тут она явно переигрывала.
— Тише ты! — шикнула женщина, оглядываясь на пустой салон. — Я же сказала, что пока никто ничего не знает. Ни про продажу бизнеса, ни про сумму сделки.
— А почему не знает-то? Петя на конференцию уехал?
Настя поправила на вешалке свадебное платье. Завтра его заберет последняя клиентка и… всё. Пять лет жизни, бессонных ночей, нервотрепки и вот этой гордости, когда видишь счастливые лица невест, закончатся. Всё было продано какой-то тёте из Москвы, которая хотела расширить собственную сеть.
— Дома он. Просто… не знаю, как ему рассказать. Ещё окончательно не решила, чем буду заниматься дальше. Хочу заняться производством травяных чаев. Но это не точно. Или точно. Не знаю. В общем, мне нужно подумать.
— Не знаешь, как рассказать? — Ева явно обалдела от слов сестры. — Настена, вы же муж и жена! Это ваши общие деньги. Вроде как…
Вот тут Настя и не нашла нужных слов. Общие деньги.
Женщина вспомнила, как два года назад ее салон чуть не загнулся: клиенты не платили, поставщики требовали предоплату, банк грозил конфисковать имущество. Петр тогда ходил дома мрачнее тучи, постоянно нервничал и срывался на нее.
— Я понимаю, что мы муж и жена, но я не могу избавиться от сомнений, — задумчиво призналась Настя, — Помнишь, как странно Петя реагировал, когда у меня были проблемы в бизнесе? Особенно в двадцать четвертом году.
— Ещё как помню, — голос Евы потеплел. — Он боялся как огня, что ты прогоришь. Но вместо того чтобы поддержать, только укорял. Эгоист!
— Да, всё время твердил, что я неправильно веду дела. Орал, что я нас разорю. Потом, правда, извинялся, но разве это что-то меняет? А мама его… помнишь, как причитала?
— О, Валентина Ивановна — это вообще отдельная песня. Носилась как наседка с сынком: «Ой, Петенька, что же это она творит! Останетесь без куска хлеба!».
Настя свалилась в кресло и закрыла глаза.
Странно, тогда она не заострила внимание на поведении мужа: слишком много было забот и проблем. Но теперь, в тишине пустого салона, она вдруг ясно вспомнила страх в его глазах. Не за нее, конечно… муж волновался за себя. За свою спокойную обеспеченную жизнь. Он родился в простой семье, работал в школе учителем географии, а тут жена с бизнесом и деньгами…
Внутри зашевелился червячок сомнений, который иногда просыпался у нее по ночам. А что если Петр с ней только из-за денег? Что если все эти пять лет семейной жизни…
— Знаешь, что я бы сделала на твоем месте? — загадочно протянула сестра.
— Ну?
— Провела бы эксперимент. Сказала бы, что разорилась. Совсем. Что салон закрывается, долги, кредиторы на шее висят.
— Ты что несёшь? Это глупо!
— Это правильно! Соврешь и посмотришь на их реакцию. На то, как муж поведет себя, когда у тебя нарисуются реальные проблемы. Как свекровь заговорит. А потом уже решишь, стоит ли честно рассказывать о продаже бизнеса и, тем более, о сумме сделки. А?
***
— Нет! Я так не могу. Это слишком подлый поступок! — возразила Настя, но ее голос звучал неубедительно даже для неё самой.
— Ха, подлый? — фыркнула Ева. — А не подло срываться на жене, когда у неё в салоне трудности? Ты просто узнаешь правду о своих близких. Разве это плохо?
Женщина молчала, разглядывая витрину напротив. Там продавали детскую одежду, и она вспомнила, как полгода назад намекнула Петру, что неплохо бы подумать о ребенке. Супруг тогда странно посмотрел на неё и сказал: «Давай сначала финансовую стабильность наладим». При том что ее бизнес уже давно приносил хорошую прибыль.
— Слушай, а вообще… — начала она и осеклась.
— Что?
— Да так, ерунда. Просто иногда думаю, а любит ли меня Петя? Или ему нравятся только мои деньги?
Ева помолчала. Потом тихо промолвила:
— Настенька, ты же умная девочка. Если подобные мысли появляются в твоей голове, значит на то есть причина.
В дверь постучали. В салон заглянул охранник торгового центра, проверить, всё ли в порядке.
— Ладно, дорогая, мне нужно закрываться. Подумаю над твоей идеей.
— Думай, но не долго. И помни, что я с тобой в любом случае. Люблю!
Дома Петр сидел в гостиной и что-то увлеченно изучал в планшете. Он так сосредоточился, будто решал судьбы мира.
— Дорогая, иди сюда! — радостно позвал супруг. — Я подыскиваю варианты для нашего совместно летнего отдыха. Уже нашел кое-что интересное!
Настя подошла ближе и через плечо мужа посмотрела на планшет. На экране красовались бирюзовые лагуны, белоснежные пляжи и виллы на сваях над водой.
— Мальдивы? — присвистнула она.
— Да! Смотри, какая красота! — Петр листал фотографии. — Вот этот отель мне особенно нравится. Пять звезд, все включено, бунгало над водой. Представляешь? Открываешь утром дверь, а там океан!
— А сколько это стоит? — осторожно уточнила женщина.
— Ну, не дёшево, конечно! Но мы же можем себе это позволить. На двоих на неделю выйдет около миллиона рублей.
— Около миллиона рублей? — у Насти перехватило дыхание.
— А что такого? Ты же хорошо зарабатываешь. И потом, я заслужил нормальный отдых. Уже сколько лет учу детей географии, а сам дальше дачи не выезжал!
— Петь, я все понимаю, но может посмотрим что-то по карману? Турцию там, Сочи…
Лицо мужчины мгновенно изменилось. Брови сдвинулись, губы поджались.
— По карману? — переспросил он холодно. — А у нас что, карман порвался?
— Да не в этом дело…
— А в чем тогда? — супруг отложил планшет и ехидно посмотрел на жену. — Хотя можешь не отвечать. Я понял твой намёк, Настя. Учитель, мол, должен довольствоваться скромным отдыхом.
— Я не это имела в виду…
— Не нужно вертеться как уж на сковородке! Именно это ты и имела ввиду! Что мне, как всем учителям, нужно ездить в Анапу, снимать комнатку у бабы Нюры за полторы тысячи в сутки и грызть сухари, экономя каждую копейку.
— Просто мне кажется, что миллион — это слишком много для недельного отдыха…
— Слишком много? — супруг встал и нервно заметался по комнате. — Для кого слишком много? Для меня? Для несчастно учителя географии?
Настя насторожилась. В голосе мужа появилось то, чего она никогда не замечала раньше. Обида, злость и… Страх? Или жадность?
— Но я тебя понял! — съязвил мужчина, остановившись перед женой. — Ты просто жалеешь мне денег! Не хочешь их на меня тратить. Или просто не считаешь нужным. Салон приносит хорошую прибыль, а ты считаешь каждую копейку.
— Петя…
— Или полагаешь, что я не заслуживаю отдыха на Мальдивах? Что учителю географии место в палатке на местном озере?
Настя отчаянно посмотрела на мужа. Ей стало страшно от того, что она увидела.
— Хорошо, — тихо согласилась она. — Я подумаю.
Петр мгновенно успокоился и улыбнулся.
— Вот и отлично! Я знал, что ты все правильно поймешь.
Мужчина вернулся к планшету, как будто между ними ничего и не случилось. А у Насти не осталось никаких сомнений, что эксперимент нужно проводить. Обязательно.
***
Женщина провела всю неделю в странных размышлениях и сомнениях. То убеждала себя, что идея сестры — полный бред, то снова и снова прокручивала в голове слова Евы.
А что если она права? Что если мужа и его родителей стоит проверить? Даже если это обман.
В субботу утром зазвонил телефон.
— Настенька, это Валентина Ивановна! Как дела, дочка?
Настя поморщилась. «Дочкой» свекровь называла её только тогда, когда ей что-то было нужно.
— Хорошо, спасибо. А у вас как?
— Слава Богу, живы- здоровы. Мы тут с Николаем Петровичем думали заехать к вам сегодня. Соскучились! Можно?
— Конечно, приезжайте.
— А может что-то к ужину привезти? Я сегодня пирожков напекла с мясом. Очень вкусные получились!
— Привозите, будем рады.
Петр, узнав о визите родителей, сразу повеселел. Начал суетиться и доставать из шкафчиков лучшую посуду.
— Первым делом расскажу им про Мальдивы! — радостно заявил муж. — Мама так обрадуется. И обзавидуется!
Настя едва заметно улыбнулась. Интересно, что будет, когда супруг поймет, что радоваться нечему?
Свекры приехали к шести вечера. Оба были в отличном расположении духа.
— Мам! Пап! — Петр с порога бросился к родителям. — Как дела? Как здоровье?
— Да ничего, сынок, не жалуемся, — Валентина Ивановна осмотрела прихожую. — У вас как всегда идеальная чистота! Дочка, ты молодец! Как же моему сыну повезло с тобой! Живет как на курорте!
— И живу на курорте! И отправляюсь на курорт! — не удержался Петр. — Мы летом едем на Мальдивы!
— На Мальдивы? — свекровь присела на край дивана. — Ой, Петенька, а это где такое?
— Мам, это же острова! В Индийском океане! Там такие пляжи, такая вода… Мы в домике над водой жить будем!
— Ой, как интересно! А дорого это стоит?
— Ну что ты, мам, — отмахнулся мужчина. — Всего миллион.
— Всего?! — Валентина Ивановна чуть не подпрыгнула. — Петенька, да мы с папой за год столько не тратим.
— Мам, это вы, а это мы. Забыла, сколько Настя зарабатывает? У нас нет проблем с деньгами!
— Ну, тогда и нас возьмите с собой! — вдруг жалобно попросила свекровь. — Я всю жизнь мечтала океан увидеть. Хоть раз в жизни на настоящие пальмы посмотреть.
Петр замялся:
— Ну, не знаю, мам… это накладно. Но мы с Настей подумаем над твоей просьбой. Может и получится вчетвером полететь.
— Да я понимаю, понимаю. Просто мечтаю! — хитро вздохнула Валентина Ивановна. — Правда ведь, Коля?
— Правда, — кивнул свёкор. — Плохо, когда нет своих денег.
Настя накрывала на стол и внимательно слушала разговор родственников. Слушала, как они обсуждают ее доходы. Как планируют отдых на Мальдивах. Как мечтают, чтобы она тратила на них свои деньги.
За столом Валентина Ивановна не унималась:
— Петенька, а когда вы полетите? А что брать с собой нужно? А там русские отели есть?
— Мам, там вообще красота! Я в интернете смотрел… завтраки прямо в номер приносят. И рыбалка есть, и дайвинг.
— Ой, как хорошо-то! — всплеснула руками свекровь. — Николай Петрович, слышишь? А мы на дачу в этом году опять поедем.
— Ну мам, дача — это тоже неплохо, — снисходительно улыбнулся Петр.
— Да какая дача, когда такая красота есть на свете!
Настя разочарованно наблюдала за родственниками. Странно, но никто из них не спросил, как у нее дела, здоровье, бизнес. Их интересовали лишь ее деньги и возможность на халяву отдохнуть.
— Извините, что прерываю ваш милый разговор, — промолвила женщина, когда они немного успокоились. — Но мне нужно вам кое-что сказать. Важное и… неприятное.
Все посмотрели на неё. Петр насторожился.
— Мой салон разорился. Я банкрот. Денег у меня нет. Остались одни долги.
Валентина Ивановна замерла с вилкой в руке. Николай Петрович перестал жевать. А супруг просто таращился на неё, как будто она сказала, что завтра будет конец света.
***
Первым опомнился Петр.
— Что значит… банкрот? — его голос панически дрожал. — Настя, ты шутишь?
— Не шучу. На прошлой неделе все окончательно прояснилось. Кредиторы требуют возврата долгов, а платить мне нечем.
— Но как же… — свекровь наконец отложила вилку. — Но салон… он же работал, и клиенты были…
— Были. А потом исчезли. Конкуренты появились, цены упали. Последние полгода я работала в минус.
— Но ты нам ничего не говорила об этом! — Петр встал из-за стола и заметался по кухне. — Почему ты молчала?
— Думала, что справлюсь. Не хотела вас беспокоить.
— Не хотела беспокоить? — все больше заводился супруг. — Настя, это же наша общая жизнь! Наши планы!
«Наши планы»… Не «твои проблемы», а именно «наши планы». Мальдивы, которые теперь были под угрозой.
— Петенька, успокойся, — вмешалась Валентина Ивановна. — Может не всё так плохо? Может что-то можно предпринять?
— Что предпринять, мам? — Петр сел обратно и схватился за голову. — Если бизнес обанкротился, то это конец. Твоя квартира была под залогом?
— Была, — соврала Настя.
— Господи… — супруг побледнел. — То есть мы можем остаться на улице?
— В принципе, да.
Николай Петрович, который до этого молчал, наконец заговорил:
— А сумма долга у тебя какая?
— Около пяти миллионов.
— Пять миллионов! — взвизгнула свекровь. — Петенька, да это же… это же катастрофа!
— Мам, не паникуй, — но голос у Петра тоже дрожал. — Нужно подумать, что с этим всем делать.
— А что тут думать? — свекровь посмотрела на Настю с нескрываемым упреком. — Я же говорила! Говорила, что не надо связываться с бизнесом! Нормальные женщины либо на работу ходят, либо дома сидят и детей рожают!
— Мам…
— Не мамкай! Я всё правильно говорила! А ты: «Настя умная, Настя справится». Вот и справилась! Семью под удар поставила!
Настя улыбнулась, вспомнив, как свекровь ещё год назад просила купить ей новую шубу. «Ну Настенька, ты же легко можешь себе это позволить. А мне стыдно в театр в старой ходить». Тогда шуба стоила сто двадцать тысяч. Валентина Ивановна носила её с таким видом, будто сама на нее заработала.
— Валентина Ивановна, — тихо промолвила Настя, — я же не специально обанкротилась.
— Не специально! Надо было головой думать! Петя предупреждал, я предупреждала. Нет, захотелось в бизнес-леди поиграть!
— Мам, хватит! — рявкнул Петр, но Настя понимала, что супруг не ее защищает. Он просто боится, что мать скажет что-нибудь лишнее.
— А Мальдивы? — вдруг спросила Валентина Ивановна жалобно. — А отпуск?
— Какие Мальдивы, мам? Какой отпуск? — Петр нервно засмеялся. — Теперь надо думать, как выживать будем.
— А может займешь у кого-нибудь? — предложила свекровь. — У своей сестры, например.
Настя покачала головой:
— У Евы таких денег нет.
— А у друзей?
— Пять миллионов никто не даст.
— Ты пойдешь в найм? — с ужасом в голосе спросил Петр.
— Придётся. Будем вместе пахать как проклятые, чтобы закрыть долги. Ничего не остается!
— А я здесь при чем? Во-первых, это не мои долги. А во-вторых, я и так работаю!
— На твою зарплату мы не проживем. Нужно дополнительно заняться репетиторством и находить подработки. Иначе не выкрутимся!
Супруг сник и замолчал. А жена довольно улыбнулась. Вот он… настоящий Петр, который прятался за маской заботливого мужа. Он не думает о том, как ей тяжело. Он думает только о том, как теперь жить ему.
— И машину придется продать? — уточнил мужчина.
— Придётся.
— И дачу?
— И дачу.
Валентина Ивановна всхлипнула:
— Петенька, думаю, что на время тебя лучше переехать к нам. Пока все не наладится. А то вдруг совсем на улице окажетесь.
«Тебе переехать»… не «вам», а именно «тебе». Настя отметила и это. В планах спасения места для нее не предусматривалось.
— Не знаю, мам, — Петр потёр виски. — Надо подумать.
— А что тут думать? Сын у меня один!
Они ещё долго обсуждали случившуюся катастрофу: просчитывали варианты, строили планы спасения. И ни разу — ни разу! — никто не обнял Настю и не сказал: «Ничего, справимся вместе». Никто не спросил, как она себя чувствует.
Сейчас муж и его родители видели в ней только источник проблем. Женщину, которая разрушила их планы на безбедную жизнь.
Когда родители наконец уехали, Петр сел на диван и уставился в стену.
— Ну и дела, — пробормотал он. — Ну и дела…
— Что ты имеешь ввиду?
— А то, что я не знаю, как жить дальше, — супруг отчаянно посмотрел на нее. — Я же привык… Мы же планировали… Чёрт, да я даже коллегам уже рассказал про Мальдивы!
И тут Настя окончательно поняла: эксперимент удался. Лучше, чем она могла предположить.
***
Следующие три дня Петр был сам не свой: вставал, шел на работу, возвращался и молча сидел перед телевизором. Не спрашивал о делах, не обсуждал планы. Просто сидел и смотрел в экран, как будто надеялся, что все рассосется само собой.
В среду вечером супруг наконец заговорил:
— Настя, а ты с юристом разговаривала? Может есть способы как-то… ну, не платить эти долги?
— Какие способы? Долги есть долги.
— Ну не знаю… — муж нервно потирал руки. — Может переоформить что-то на кого-то. Или развестись, чтобы на меня ничего не повесили.
— На тебя и так ничего не повесят. Это мой бизнес был, мои долги.
— А квартира?
— Что квартира?
— Ну, мы же можем на улице оказаться!
Настя внимательно посмотрела на супруга, который отчаянно избегал её взгляда.
— А ты чего боишься?
— Я не боюсь! — вспыхнул он. — Просто не понимаю, почему я должен расплачиваться за твои ошибки!
— За мои ошибки?
— А за чьи же? Я же тебя предупреждал! Говорил, не влезай во всякую ерунду! Но нет, тебе обязательно в бизнес-леди нужно было играть!
— Играть?
— А как ещё это назвать? Нормальные женщины работают по найму, зарплату получают. Стабильно, надежно. А ты решила из себя олигарха строить!
Настя молчала. Интересно было наблюдать, как быстро испаряется маска заботливого мужа.
— И что теперь? — продолжал Петр. — Теперь я должен горбатиться, чтобы твои долги отдавать? Годами репетиторством заниматься, последние копейки на твоих кредиторов тратить?
— А что ты предлагаешь?
— Ничего не предлагаю! — он нервно затряс головой. — Но я точно не собираюсь из-за твоей глупости полжизни впроголодь жить!
— То есть?
— То есть это твои проблемы, Настя. Твой бизнес, твои долги, твоя ответственность! Меня в эти вопросы не втягивай!
— Понятно, — кивнула женщина. — А наш брак?
Петр помолчал, потом тихо ответил:
— Я подумаю. Мне нужно время подумать.
На подумать у него ушло два дня. В пятницу вечером он достал старый чемодан и начал складывать вещи.
— Куда собираешься? — улыбнувшись, спросила Настя.
— К родителям. Пока… пока не разберусь с ситуацией.
— С какой ситуацией?
— Ну… — супруг не поднимал глаз. — Мне нужно подумать о будущем. О своём будущем.
— А обо мне думать не нужно?
— Настя, ты же сама во всё это влезла! Никто тебя не заставлял! Я предупреждал, мама предупреждала! Но нет, тебе захотелось рискнуть! Вот и расхлебывай все сама! Я пас!
— Понятно.
— И вообще, — он швырнул в чемодан рубашки, — я учитель! У меня зарплата пятьдесят тысяч! У меня нет пять миллионов на долги! Это же абсурд!
— Абсурд, — согласилась Настя.
— Вот именно! Пусть каждый отвечает за свои поступки сам!
Он застегнул чемодан, оделся и взял ключи.
— Я позвоню. Когда… когда что-то решу.
— Конечно, позвони.
Дверь захлопнулась. Настя стояла в прихожей, прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов. Потом вдруг громко, на весь дом, рассмеялась.
— Крысы! — сказала она вслух. — Крысы сбежали с тонущего корабля!
Женщина смеялась так сильно, что даже слёзы выступили. Господи, как же это прекрасно! Как же хорошо, что она узнала правду сейчас, а не через десять лет!
Она быстро достала телефон и набрала номер сестры.
— Ева, ты дома? Приезжай. Есть что отметить.
— Что случилось? Петя ушёл?
— Сбежал! Собрал чемодан и сбежал! Какая же ты умничка! Просто гениальная! За подобную идею готова отвезти тебя на Мальдивы!
— Серьёзно?
— Серьёзнее некуда! Ты открыла мне глаза. Дала шанс на новую жизнь. Разве этого мало?
— Настюш, а он… он вообще ничего не сказал? Даже не попытался тебя поддержать?
— Он сказал, что это мои проблемы и он не собирается из-за моей глупости годами работать на долги.
— Сво.лочь!
— Да не сво.лочь он. Просто показал своё истинное лицо. И за это ему спасибо.
— Ты держишься?
— Я счастлива! Я свободна! Четырнадцать миллионов, никаких долгов, никакого мужа-паразита, никакой свекрови-наседки. Жизнь только начинается!
Настя положила трубку и огляделась. Квартира показалась больше и светлее. Воздух чище.
В понедельник она позвонит покупателям салона, чтобы до конца оформить сделку. А во вторник начнет изучать рынок травяных чаев.
Новая жизнь. Как же она прекрасна…
